Продолжаем цикл материалов, посвященных жизненному и творческому пути великого британского писателя Алана Мура.

Глава I | Глава II | Глава III | Глава IV | Глава V | Глава VI | Глава VII

Восемнадцатого ноября 1993 года, в день своего сорокалетия Алан Мур объявил семье и друзьям, собравшимся на вечеринке по поводу торжества, что отныне он будет посвящать время изучению и практике магии. В начале следующего года он также заявил, что отныне поклоняется змееподобному богу Гликону. С тех самых пор большинство его последующих работ было вдохновлено темой магии и оккультизма. Чтобы лучше понять, что именно Мур подразумевал под «магией» и, что самое важное, «магом», стоит посмотреть документальный фильм Mindscape of Alan Moore, в котором сам Алан делится системой своих верований. Если коротко, то Мур считает «магию» разновидностью языка, а «маг» в его понятии равнозначен шаману, толкователю. Тогда как множество заявлений Алана могут звучать дико, всегда стоит помнить, что для него поклонение «магии» является продолжением его работы, возможностью по-иному взглянуть на труд писателя. Это, конечно, очень и очень грубое объяснение того, о чем говорит сам Мур, но его система верований и практик является невероятно сложной, а говорит он о ней совсем не простым языком.

кадр из фильма Mindscape of Alan Moore
кадр из фильма Mindscape of Alan Moore

Другое дело, что Алан всегда был эдаким щеголем, и заявление его явно содержало в себе элементы показухи. Мур, будучи интеллигентом и всячески избегая славы, все же остается эксцентриком, обожающим внимание. Это тоже стоит помнить, слушая его интервью и читая его тексты. Так, NME он заявил «Я колдун и вижу будущее», а другому журналисту и вовсе поведал о том, что высшие силы нашептали ему о конце света, который должен случиться в течение последующих двадцати лет. Если вы вдруг разволновались и побежали к окну смотреть, не восседает ли на трехглавом огненном псе Василий Милонов, повелевая армиями ада, марширующих по покрытой пеплом земле под аккомпанемент падающих с неба горящих ангелов, я вас успокою – интервью Мур дал в 1991 году. Просто дело в том, что театральность таких заявлений и является частью магических ритуалов, заодно прекрасно гармонируя с натурой самого нортхэмптонского мага.

Мур под магическими ритуалами понимает вещи, неспособные удивить обычного человека, привыкшего, что со словом «магия» связаны дешевые трюки с краплеными картами, основой которых является ловкость рук. Что еще удивительно, так это тот факт, что Мур не только осознает, как он выглядит со стороны, заявляя о своих магических ритуалах, но и относится к этому с юмором. Ему кажется очевидным, что даже репутация не укроет его от нападок людей, пытающихся обвинить его в том, что никакой он не маг, а чокнутый старик с длинной бородой и странным поведением. Мур с юмором говорит о решении стать магом в интервью со Стюартом Ли, а также выпускает такие вот забавные видео. Алан не оставляет попыток объяснить свои оккультные увлечения, открыто говоря о них, и занимаясь написанием комиксов, непосредственно повествующих о мире магии. Лучшим таким комиксов будет, пожалуй, Promethea, представляющая собой гайд Мура по миру магии, демонстрирующая людям интеллектуальную подоплеку магического образования и, если вы внимательно читали, полностью отвечающая на все вопросы, которые могли у вас накопиться относительно, казалось бы, столь нелепого способа жизни, изобраного сценаристом.

alan-moore-part08-promethea-01

Мур открыто говорит о своих верованиях и успехах на поприще освоения магии, рапортуя в интервью и эссе о своем прогрессе. Так, он заявил, что уже может исследовать шестую из десяти сифер Древа Жизни, а также заработал право именоваться Магусом. Подобные заявления заставили критиков, фанатов и друзей Мура задуматься о его душевном состоянии.

После разрыва отношений с DC, Алан работал над комиксами Big Numbers, From Hell и Lost Girls. Все они были амбициозными и авторскими, но также их издание было сопряжено с задержками в производстве и трудностями финансирования. Мур начал работу над Voice of Fire, но работа над романом шла медленно. У него имелись планы относительно создания иллюстраций к графическому роману Стива Мура Endymion, из которых, впрочем, ничего не вышло. От задумки написание графического романа для детей Алан тоже отказался. Нил Гейман порекомендовал ему книгу Ричарда Тренча и Эллиса Хиллмана London under London, и какое-то время Мур был вдохновлен идеей написать фэнтезийный комикс о подземном царстве, населенном магическими существами, расположенном под Лондоном. Однако, когда он узнал, что Нил уже занялся написанием романа на основе этой идеи (Neverwhere), то предпочел сосредоточиться на иных проектах.

Как издатель Big Numbers, Мур вложил в производство комикса собственные деньги, часть из которых, около 20000$, была гонораром Билла Синкевича. Комикс перестал выходить по расписанию после двух выпусков, а третий хоть и был нарисован, так никогда и не увидел свет. В интервью, опубликованном в ноябре 1993 года, Алан описал комикс как «каталог злоключений от начала до конца. Я написал около 200 страниц. Пять выпусков. Билл Синкевич, закончив только три номера, почувствовал себя пораженным и был неспособен продолжать. В дело вступил Эл Коламбия. Кажется, Эл завершил один выпуск, но я не в курсе, что с ним стало…». Не будучи способным приносить доход, Mad Love простаивало, что Алана огорчало. «Да мы продавали комиксы тоннами! Черно-белая серия, не рассказывающая о супергероях, продалась тиражом в 65000 копий… В ней был потенциал для становления независимого комикс-издательства как чего-то большего… но, к сожалению, о ней будут вспоминать как о коммерческом провале. По всем меркам это не был провал. Серия принесла мне больше денег, чем любой другой комикс, который я когда-либо создал».

Big Numbers
Big Numbers

From Hell и Lost Girls издавались в хоррор-антологии Taboo, публикуемой в Америке другом Мура, Стивом Биссеттом. Первый выпуск Taboo был издан в 1988 году, и выделялся на фоне других комиксов очень сильной авторской командой, состоящей, например, из Рэмзи Кэмпбелла, Мёбиуса, Алехандро Ходовского, Чарльза Бернса, Дэйва Сима, Клайва Баркера и Нила Геймана. Вскоре антологию постигли проблемы, потопившие и проект Мура. В течение пяти лет вышло всего семь номеров. Мур согласился разделить свой гонорар в сто долларов за страницу комикса между собой и художниками, но даже в этом случае Биссетт и его семья были вынуждены, оплачивая труды авторов, сидеть на диете, состоящей из макарон с сыром.

alan-moore-part08-taboo

Что было совсем уж унизительным, индустрия мейнстрим-комиксов переживала в это время свой расцвет. Множество авторов стали зарабатывать непомерно огромные суммы денег. Циркулировал слух, будто Крис Клермонт купил своей матери частный самолет. Художник X-Men Джон Бирн позже в суде дал интересные показания: он не только получил от Marvel пять миллионов долларов в качестве гонорара за его работу в восьмидесятые годы, но и заработал «несколько миллионов, создавая Superman», и «четыре или пять миллионов, создав Next Men». Грант Моррисон, написав Arkham Asylum, стал богачом натурально за сутки. На основе одних только предзаказов он получил чек на 150000 долларов, но отчисления принесли ему еще как минимум 350000. Его и Дейва МакКина комикс до сих пор остается самым продаваемым графическим романом, изначально задуманным и выпущенным в таком формате.

Небывалым ростом отметился и британский рынок комиксов. Когда Алан Грант, Джон Вагнер и Саймон Бисли устроили в магазине Virgin автограф-сессию, подписывая номера Judge Dredd/Batman, это привлекло столько людей, что для совладания с толпой пришлось вызывать полицию. Наибольший же успех ждал Viz – пародию на детские комиксы, вроде Beano или Dandy. Viz стартовал как фэнзин, распространяемый в пабах и магазинах Ньюкасла. В 1985 году тираж журнала составлял уже 4000 экземпляров, и тогда Virgin Books занялось его дистрибуцией в свои магазины по всей стране. Три года спустя Viz расходился полумиллионным тиражом в месяц. Спустя год, в 1990 тираж удвоился. Viz стал четвертым самым продаваемым журналом в стране. Он породил множество имитаций и был эквивалентом культового MAD Magazine, публикующегося в пятидесятые годы.

alan-moore-part08-viz-01 alan-moore-part08-viz-02

Watchmen был предвестником новой эры в комиксах. Множество книжных магазинов теперь отводили свои полки под графические романы и репринты комиксов. Мур, впрочем, так и не сумел отстоять свое видение формата как комплексных, сложный и многогранных историй. Вместо этого название закрепилось за трейдами, содержащими по шесть выпусков комикса. Вокруг издания таких трейдов тут же сконцентрировали свои планы все крупные компании.

Благодаря отчислениям с продаж Watchmen, V for Vendetta и Killing Joke Алана не ждала судьба комикс-создателей прошлого поколения. По всей стране открылись множество магазинов по продаже комиксов, в каждом из которых на полках стояли комиксы с его именем на обложке. Имя это теперь прекрасно стало известно все растущей армии почитателей жанра, так что пусть Алан какое-то время после расставания с Филлис и Дебби (они, по слухам, забрали большинство его денег, заработанных в восьмидесятые годы) жил скромно, бедным считаться не мог. Он зарекся появляться на конвенциях, но брать интервью у него не перестали, разве что к комикс-журналистам теперь прибавились журналисты крупнейших газет и журналов в Британии и Америке. Мура угнетали материальные успехи других авторов, особенно когда те внаглую копировали его наработки (Джон Бирн в Next Men, подражая V for Vendetta и Watchmen, отказался от

Джон Бирн
Джон Бирн

использования captions и пузырей с мыслями персонажей), но причина его негативного отношения к авторам крылась, скорее, в другом: «Я вижу, что стилистические элементы были взяты из моих работ, и использованы в качестве оправдания для демонстрации насилия и секса… Я чувствую себя подавленным, зная, что невольно возвестил о новой эре в комиксах».

Новая эра для комиксов настала в начале девяностых годов. Ее предвестниками не были британские авторы с литературными амбициями. Она не привела к упразднению больших корпораций в угоду альтернативным издательствам. Авторы, возглавившие ее, не были заинтересованы в создании комиксов, не содержащих цветной спандекс и клише. Революция состоялась, когда группа молодых и перспективных художников покинула Marvel, основав свое независимое издательство.

В то время как комиксы DC выигрывали всевозможные премии и награды, Marvel издавали типичную супергероику, хорошо продающуюся, но пустую. В ней не было ничего плохого, кроме факта, что сам супергероический жанр тогда был в стагнации и никто из сценаристов и художников издательства не был заинтересован в прерывании этого затянувшегося летаргического сна. Новое поколение художников теперь рисовало бестселлеры Marvel, продающиеся заоблачными тиражами в пять-семь миллионов копий. Тодд МакФарлейн рисовал Spider-Man, Эрик Ларсен трудился над The Amazing Spider-Man, Джим Ли нарисовал самый продаваемый сингл X-Men в истории, Роб Лайфелд придумал X-Force, Wolverine переизобретал Марк Сильвестри, а Guardians of the Galaxy достались Джиму Валентино. Все эти авторы имели хорошо узнаваемый стиль рисунка, в чем-то очень похожий. Это была эра панелей, занимающих всю страницу, чудовищного изображения анатомии, угрюмых лиц и до невозможности плохих сценариев, писавшихся людьми, владеющими карандашом, а не пером. Комиксы эти, впрочем, продавались в количествах, о которых современные серии даже мечтать не могут. Все художники были alan-moore-part08-spidermanмолоды – только Валентино было за тридцать, а тот же Джим Ли рисовал X-Men, все еще обучаясь в медицинской школе – и почти ни у кого не было опыта создания рисованных историй. И все же первый выпуск нового «Человека-паука» разошелся тиражом в 2500000 копий в 1991 году, а всего несколько месяцев спустя стартовый выпуск обновленных X-Men продался в количестве 8100000 копий. Даже не учитывая эти цифры, тиражи всех серий компании исчислялись сотнями тысяч экземпляров.

Памятуя об этом, все художники в итоге пришли к уже знакомому выводу: пусть Marvel платило за страницу комикса больше, чем DC, авторы чувствовали, что их доля с продаж сопутствующих товаров была недостаточно высока. Тогда ключевые люди чувствовали, что супергерои вскоре станут мультимедийной собственнойстью, грозящей принести еще больше денег. Супермен и Бэтмен, Люди Икс и Фантастическая Четверка в особенности идеально походили для видеоигр. Marvel же не то что не осознавали потенциал имеющихся у них на руках серий, но и не последовали примеру DC в плане пересмотра системы заключения контрактов. Это значило, что художники и сценаристы все еще не получали роялти и считались наемной рабочей силой, а не деловыми партнерами.

Последствием того, что DC назначило сценаристами молодых авторов «британского вторжения», поручив им вести плохо продающиеся серии, была невозможность издательства отпереться в случае, когда захудалая серия внезапно становилась на ноги. Нельзя было сказать, что фанаты так уж любили Бототную Тварь или Сэндмена. Sandman читали только потому, что его писал Нил Гейман. Doom Patrol читали только потому, что его писал Грант Моррисон. С героями Marvel все было иначе. И хотя много людей покупали Spider-Man потому, что его рисовал Тодд МакФарлейн, персонаж был знаменит уже долгие годы, и художник вместе с издательством знали, что как бы не был «трендовым» автор, заменить его можно было всегда. Эта позиция существенно уменьшала возможность художника выторговать себе всякие бонусы, вроде послабленного редакторского надзора и прочего

Решение было радикальным: все шесть художников покинули Marvel, организовав новое издательство Image Comics – предприятие, которым они владели на равных правах, оставаясь каждый главой собственной студии, но разделяя общие маркетинговые затраты. Все авторы полностью владели правами на придуманных ими героями, плюс агрессивно лицензировали все, что производили. Дух соперничества в Image был силен, но еще сильнее в авторах бурлил креатив. Youngblood Лайфелда, WildC.A.T.S Ли, Spawn МакФарлейна и Savage Dragon Ларсена дебютировали в первой половине 1992 года, разойдясь солидным тиражом.

Сооснователи Image comics на Комик-коне в 2007 году
Сооснователи Image comics на Комик-коне в 2007 году

Очень скоро, однако, у издательства наметились проблемы, проистекающие из того факта, что никто из основателей Image не был сценаристом. Да, все серии отличались запоминающимся артом, но плохими диалогами, слабыми героями и никудышными сюжетами. Spawn сразу стал хитом, разойдясь тиражом в 1700000 копий, но МакФарлейн стремился не к кратковременному успеху. Ему хотелось создать персонажа на века, равному Супермену или Бэтмену. Тодд понимал, что для поддержания читательского интереса ему нужно было найти новых, желательно знаменитых авторов, способствовавших бы закреплению популярности его творения. Решение было простым, в духе Image того времени: летом 1992 года МакФарлейн обзвонил топовых сценаристов, сделав тем предложение, от которого они не смогли отказаться. Он поручил написать по одному выпуску серии Spawn Нилу Гейману, Френку Миллеру, Дейву Симу и Алану Муру. Эти выпуски были напечатаны между февралем и июнем 1993 года, а авторам заплатили ошеломляющее 100000$ за один выпуск, плюс роялти.

Первый выпуск "1963"
Первый выпуск «1963»

Подписание договора с Муром было делом величайшей важности для Image. МакФарлейн был не первым, кто обратился к нему за помощью. До этого Джим Валентино уже вел с Аланом переговоры относительно создания мини-серии для Image. Валентино говорил, что Мур может сделать все, что пожелает, но с одной оговоркой: серия комиксов должна быть о супергероях. Мур начал планировать историю, сочетающую в себе элементы супергероики и хоррора, равно как и отдельную серию в стиле «Линч встречает Леоне» — вестерн, где все герои могли быть обвинены в убийстве. Муру творчество Дэвида Линча нравилось всегда, но особо его впечатлил телесериал Twin Peaks. Он предложил создать серию, чьей героиней была девушка-мистик, служащая американским военным. Работая вместе со своим коллегой по Swamp Thing Риком Витчем и Стивом Биссеттом, Мур в итоге создал 1963 – шикарную пародию на марвеловские комиксы шестидесятых, которые он так обожал. Алан даже кличку себе придумал в духе тех, которыми назывались Стэн Ли и Джек Кирби в credits к «Фантастической Четверке». Тогда модно было называться «королем», «улыбчивым», «хватким» или «быстрым». Мур назвался «affable Al», подписывая таким образом сценарии, интервью и редакционные материалы.

1963 не был комиксом Image, который жаждала получить публика. В следствие этого оценки серии были смешанными. В пост-Watchmen мире герои комиксов были злобными и отягощенными проблемами мстителями, ломающими кости. Мур писал 1963 в более легкой манере, но мало кто из покупающих комиксы Image в девяностых знал о невинном «серебряном веке» и мог оценить шутки Алана. Финал серии, 1964 Annual, должен был столкнуть лбами героев серии и персонажей вселенной Image, но в результате постоянных споров между издателями, задержек и конфликтов внутри издательства, он так никогда и не был издан. Если оценивать серию Мура сейчас, вне контекста того периода, когда она появилась, то 1963, безусловно, хочется назвать шедевральной. Это очень смешной комикс, нежно высмеивающий классику жанра, оставаясь верным корням.

Первый номер серии разошелся в количестве 660000 копий, что в шесть раз превышало продажи Watchmen. По меркам Image это считалось провалом. Противоречия между издателями даже привели к тому, что 1963 остается единственным крупным комиксом Мура, не изданным в формате сборника.

Алан же покидать издательство не спешил. В течение следующих лет он написан несколько спин-оффов к Spawn (включая великолепный Violator, бывший таким замаскированным стебом над продукцией самого Image), а также два новые серии – Shadowhawk и The Maxx. Spawn вскоре превратился в стабильно продающийся бестселлер, а МакФарлейн продал права на экранизацию, создание видеоигры и линии фигурок по ее мотивам. В 1994 году он создал MacFarlane Toys – компанию, ставшую одной из крупнейшей в сфере производства фигурок по мотивам фильмов ужасов, комиксов и видеоигр.

Violator
Violator

Мур плохо подходил компании издателей Image, будучи плохим продавцом собственных идей. Тогда как последние четыре года он только и говорил о своем пресыщении супергероикой и желании создавать нечто, не имеющее четких жанровых границ, комиксы внезапно стали очень популярны в среде взрослых людей. И вот, Мур писал нечто в духе Violator vs Badrock – кошмарный комикс, который он и сам, надо полагать, ненавидел.

Причиной тому были, конечно, деньги. Алан в интервью журналу Overstreet’s Fan так прокомментировал свое финансовое положение: «деньги, которые я получаю за WildC.A.T.S. и Supreme мне приходятся кстати. Полезно иметь источник дохода, позволяющий мне продолжать работать над дорогими сердцу моему проектами, вроде From Hell, Lost Girls; странными и маргинальными проектами, которые меня по-настоящему интересуют».

alan_moore_part08_supreme_1 alan_moore_part08_supreme_4

При этом Алан отвергал любые обвинения, касающиеся его «продажности»: «Я никогда ничего не делал только ради денег. Если я не могу найти способ радоваться созданию проекта, я не буду им заниматься». В единичных же случаях Алан выражал свои мысли так, словно сам хотел найти лазейку в предыдущих своих заявлениях. Он говорил о том, что ему интересно создавать новые миры, способные поражать воображение, а не писать истории о перекачанных мясных тушах. Другие заявления идеально сочетались с его позицией творца, ищущего для себя новые и новые вызовы: «внезапно большая часть аудитории захотела вещей, в которых почти не было сюжета, только много больших, во всю страницу пин-апов. И мне стало интересно, смогу ли я написать интересный сюжет для нового рынка комиксов, следуя этим общим директивам».

Supreme
Supreme

Однако, вскоре Мур столкнулся с еще одной проблемой. Оказалось, что комиксы, созданные им для Image станут единственными, которые будут опубликованы за долгий период. В интервью он говорил: «Я почти завершил A Small Killing, а после него я в течение года завершу либо From Hell, либо Lost Girls, а потом закончу Big Numbers». Но только часть этих работ была опубликована. В 1992 году Comics Collector не только назвал интервью с Муром «Из ниоткуда», но и прямо заявил, что за те пять лет, что Мур потратил на создание взрослых и интересных комиксов, в мире мейнстрима о нем забыли. Мечта Алана о мире, в котором умные и интеллектуальные комиксы будут толкать жанр вперед, учить чему-то новому, быть эпицентром инноваций, была уничтожена.

Тогда как никто не обращает внимание на выбор киноактеров чередовать съемки в блокбастерах с игрой в театре и работой в независимых постановках, были люди, считающие, что Алан «опустился» до работы на Image. Мур навряд ли сам думал о своем решении работать на независимого издателя как о чем-то низком. Он теперь имел куда больше прав на свои творения, получал в качестве гонораров неприлично большие суммы денег, наслаждался известностью в новых кругах почитателей комиксов, открывших для себя жанр недавно.

А в 1994 году банковский счет Алана существенно увеличился – были проданы права на экранизацию From Hell. Мур оставался жителем Нортхэмптона, но в том же году купил ферму в Уэльсе, начав длительный процесс ее реставрации. Он все еще был верен своим принципам, и ни шел ни на какие уступки когда дело касалось чести и достоинства. В 1996 году даже Marvel, наконец, поняли, что Image является издательством, игнорировать успех которого было бы глупо. Крупнейшие серии Marvel – Fantastic Four, Iron Man, Captain America, Avengers, — было поручено рисовать и писать Джиму Ли и Робу Лайфелду. Ли предложил Алану должность сценариста Fantastic Four, но Мур отказался, не желая работать на издательство его обидевшее. Грант Моррисон мог быть прав, утверждая, что Мур не в последнюю очередь стал работать с Image из-за денег. А, может, дело было в том, что Алан просто наслаждался возможностью писать откровенно коммерческие вещи, не скрывая своих интересов, пробуя что-то новое.

alan_moore_part08_mooreПеремены произошли и в личной жизни Алана. Он стал достаточно известным, чтобы именоваться «культурной иконой». Image существенно поправило его финансовое положение, возместив урон, нанесенный управлением Mad Love и, возможно, неудачным браком. Дочери Алана переехали с Филлис и Дебби в Ливерпуль, но остались с отцом в хороших отношениях. Мур тоже переехал в очередной дом в Нортхэмптоне, поближе к Мелинде, а также купил своим родителям большой загородный коттедж.

По выходным Алан вместе с коллегами-музыкантами играл, а точнее пел в группе The Emperors of Ice Cream. Он познакомился с гитаристом Кертисом Джонсоном, который написал музыку к пеcне, сочиненной Муром «Fries I wish I’d Seen». Позже к ним присоединился Крис Барбер из Bauhaus, и трио стало записываться в Lodge Studios в Нортхэмптоне, взяв название Satanic Nurses. Алан написал для группы около дюжины песен. Джонсон позже рассказал, что он обожал перфомансы группы, отличающиеся проработанной визуальной составляющей. Так, например, во время исполнения песни «London» на белый полотняный «задник» позади сцены проецировались кадры из стрипов Dream of the Rarebit Fiend, Little Nemo и Gertie the Dinosaur. Когда группа исполняла «Lyons Maids», песню сопровождал танец Мелинды Гебби и Сары Паркер. Алан и сам выходил на сцену во время одной из песен: облаченный в белый костюм, пошитый Рос Хилл и Мелиндой, он стоял посреди залитой ультрафиолетовым светом сцены.

alan_moore_part08_negative_burnМур, безусловно, наслаждался написанием песен, очень напоминающих его творчество в Future Shocks – коротких, смешных и концептуальных. Одной из них была «Trampling Tokio», в которой повествование велось от лица Годзиллы, уничтожающего японский мегаполис. Стихи Мура на тот момент нигде не публиковались, но в промежутке между 1994 и 1996 годом в антологии Negative Burn были изданы пятнадцать его стихов, проиллюстрированных разными художниками. Мур рисовал постеры для каждого выступления своей группы.

Работая на Image, Мур не оставил проекты, интересующие его больше всего. В интервью журналу Wizard в ноябре 1993 года он рапортовал об окончании работы над восьмой главой From Hell и первым томом Lost Girls. Он рассказал о написании его романа Voice of Fire, заметив, что пройдет еще «немало времени» прежде чем книга будет завершена. Он отказывался бросать Big Numbers, с горечью отмечая, что не может рисовать комикс сам. В интервью не было ни одного упоминания магии, что могло служить сигналом о незаинтересованности Алана предметом на то время.

Когда Мур заявил, что собирается стать магом, он застал врасплох даже близких ему людей. Однако, по собственному утверждению, это желание росло в нем уже несколько лет.

В длинном интервью, данному Гари Гроту из  The Comics Journal, Мур уже рассуждал о политике и философии больше, чем о комиксах. Признавшись, что «у меня есть очень, очень широкое, практически бесполезное в плане использования, определение искусства: им является что-угодно, что порождает креатив в процессе общения… но, я думаю, (у искусства) и должно быть широкое определение», Мур подытожил «существует лишь один организм – человеческое общество или человеческое существование. Мы разделяем его… на разные части духовного… но, в общем, мы говорим о едином организме». Это может звучать в духе философии нью-эдж, но Муру тогда был чужд мистицизм, поэтому он прямо заявил, что видит нью-эдж лишь практикой, которая позволяет другим людям достичь в жизни некоего равновесия, не более того.

В то время Мур работал над четвертым выпуском Big Numbers. Темой комикса было влияние чисел на жизни людей. Мур воспользовался возможностью рассказать, как на наше существование влияют цифры: от телефонных номеров до математических структур, образующих реальность. Погрузившись в исследования, Мур прочел книгу Джеймса Глика «Chaos», «Mind Tools» и «The Fourth Dimension and How To Get There» Руди Ракера, «Goedel», «Esher», «Bach» и «Metamagical themas» Дугласа Хофстедера. Мур узнал о фракталах и теории хаоса и оба явления поразили его: работы Алана всегда основывались на паттернах, симметрии, отголосках и эхо, сплетенном нарративе, взаимосвязанных событиях, которые только кажутся случайными. Теперь он узнал, что большинство концептов в его комиксах, таких как выявление сложной структуры в простейших процессах или гигантские, невообразимые последствия, причиной которых послужило незначительное событие, было описано и подтверждено в этих книгах.

Big Numbers
Big Numbers

Сбор материалов для From Hell оказался для Мура занятием столь же всепоглощающим. Он и художник Эдди Кемпблелл часто натыкались на любопытные совпадения: «Было чертовски много сюрпризов. Это были странные вещи, которые не значили ничего для людей, не поглощенных подобного рода вещами в течение последних восьми лет». Мур заметил, что одно из убийств Джека Потрошителя произошло рядом с Брэдли стрит и заведением, имеющим название «У Хиндли» — имена Йен Брэдли и Майра Хиндли носили серийные убийцы, промышлявшие в шестидесятые годы. «Как я уже говорил, если ваши первые впечатления будут достаточно аккуратными, то все впоследствии открытое займет свои места. Это довольно жуткий процесс, но со мной такое случалось не раз, и в случае с From Hell это определенно было правдой». Можно подумать, будто Мур не столько находит связи, сколько выдумывает их, но как раз этим Алан занимается на профессиональной основе, так что можно предположить, что правда находится где-то посередине. Мур еще при работе над Watchmen заметил, что когда он искал связи, то находил все больше фактов, подпитывающих его чутье. Размышляя об этом парадоксе, он так говорит о From Hell: «Я был постоянно поражен количеством так называемых «фактов», подтверждающих мою «теорию», именно потому, что я знал, что этой теории не было: это был вымысел. Это намного более странный и чудесный феномен, чем возможность просто сказать «Я все время был прав! Уильям Галл был Джеком Потрошителем!».

alan-moore-part08-from-hell-3Сочиняя четвертую главу From Hell, Мур обнаружил себя вкладывающим в уста человека науки, Уильяма Галла, такие слова о божественном:

«Единственным местом, в котором боги бесспорно существуют, являются наши умы, в которых они неопровержимо существуют во всем своем величии и уродстве».

Писатели часто упоминают о персонажах своих произведений, становящихся независимыми, выражающих мысли или рассуждающих о чем-то, что не пришло бы в голову их создателю. Это явно был схожий случай. Когда Алан перечитал это предложение, то обнаружил, что «написав это и не сумев увидеть ни под одним углом ложность данного утверждения, я был вынужден либо игнорировать его, либо изменить мой способ мышления». То, что слова эти были произнесены героем, считавшимся Джеком Потрошителем, скорее, вдохновили, чем испугали его. Как Мур сказал «Галл знал, что сходит с ума, но этого он и хотел достичь. Он считал безумие проходом в иную форму сознания».

В 1988 году Мур начал писать From Hell как «простую реконструкцию убийств в виде графического романа». Теперь он начал понимать, что сила истории о Потрошителе проистекает из загадок, легенд, исторического контекста, теорий заговора, мифотворчества и, что самое главное, из попытки людей увидеть в убийствах Джека Потрошителя смысл. Одним из источников вдохновения для комикса был роман Дугласа Адамса «Детективное агентство Дирка Джентли». Когда Алан, вслед за Адамсом, осознал, что главный герой книги был обязан принимать в расчет абсолютно все, каждую незначительную деталь и мелочь, масштаб его изучения убийств увеличился многократно. Мур говорил, что его целью было превратить «убийство пяти человек в Лондоне» в «сеть смыслов, тянущихся бесконечно», создать мета-комикс, каждая часть которого была бы связана с другой множеством неочевидных намеков и прямых связей.

Четвертая глава From Hell писалась в первой половине 1991 года – за два года до того, как Алан объявил себя магом. Теперь, работая параллельно над сложнейшим Big Numbers, он начал создавать связи между математикой и его изучением оккультизма. Изучая лингвистику, Мур понял, что обе системы были попытками мата-анализа вселенной – языками. Язык, без сомнения, был чрезвычайно важен для творчества в целом и творчества Мура в частности.

alan-moore-part08-from-hell-2

Факт, который Мур осознал раньше, чем его читатели, был таковым: его творчество в конце восьмидесятых годов находилось в опасности. Его комиксы стали почти стерильными, слишком просчитанными и выверенными, словно созданными роботом, а не писателем. Ему нужен был новый «набор инструментов», новые способ смотреть на вещи, новые горизонты для освоения. Теперь он отыскал название этому новому подходу, способу, позволяющему развить его анализ рабочих методов в нечто, напоминающее общую теорию креативного процесса: «За гранью строгого и рационального мышления есть территория, которую я назвал, исключительно своих интересов ради, магией».

Интерес Алана к магии возник не из ниоткуда. Он помнил, что в детстве его восхищали легенды и мифы, и припоминает, что первой книгой, взятой им в библиотеке, была «Волшебный остров». Он часто грезил о богах и сверхъестественных существах, а подростком заинтересовался оккультизмом и картами Таро. В то время он писал стихи и рисовал картины, вдохновленные творчеством Лавкрафта. Мур, конечно, придумал Константайна – современного мага – для Swamp Thing, а также пережил несколько странных совпадений и событий, о которых отказался говорить (хотя однажды он почти рассказал, как встретил в Лондоне «настоящего» Джона Константайна), но до начала девяностых магии в его работах было немного.

Стив Мур в отличие от него практиковал магию уже давно. Стив был редактором Fortean Times, журнала, посвященного наблюдению за странными феноменами (Алан журнал читал и даже писал для него обзоры). Работая над From Hell, Мур начал читать о магии, ее истории и ритуалах, познакомившись с трудами Артура Макена, Дэвида Линдси, Робера Энтона Уилсона, Остина Османа Спэра и Алистера Кроули.

alan-moore-part08-fortean_times01 alan-moore-part08-fortean_times02

Мур называет «магией» случаи, когда язык может действовать на реальность; так человеческое восприятие и воображение взаимодействуют с миром. Главным образом люди могут делать это, выражая свои эмоции через творчество: «писательство – наиболее магический акт из всех, и, возможно, оно является сердцевиной всех магических актов».  Неудивительно, но наиболее точное изложение системы верований Мура встречается в его комиксе Promethea. Главная героиня серии, Софи Бэнгс, познает магию, участвуя в ритуалах, которые, как мы знаем, практикует сам Мур.

Упрощение есть неотъемлемая часть процесса объяснения, поэтому Мур значительно упростил собственную систему верований, поясняя ее на страницах комикса. И все равно Promethea остается невероятно сложной для чтения серией, одолеть которую, несмотря на очень красивый арт, сможет не каждый. Чтобы попытаться понять верования Мура, можно разделить их на три крупные части: психогеографию, змеепоклонничество и мыслепространство.

Психогеография, как Мур ее практикует, это глубокое изучение локаций и их истории. «Это значит разделять значения улиц, на которых мы живем, и проживаем свою жизнь (и, стало быть, наши собственные значения как обитателей этих улиц)». Лучшим примером эксплуатации психогерографии будет знаменитая глава из From Hell, посвященная поездке Уильяма Галла по Лондону в кэбе. Галл устраивает водителю кэба, Нетли, экскурсию по достопримечательным местам Лондона, заостряя его внимание на отдельных, очень странных вещах, связанных с хорошо известными туристическими локациями. Галл указывает, что множество символов, включая изображение Луны и Солнца, возникает во многих местах. Завершает поездку Галл, объехав церкви, спроектированные Николасом Хоксмуром в конце восемнадцатого века. По завершении тура Галл объявляет, что если провести линии между этими церквями на карте, то можно начертить пентакль.

alan-moore-part08-from-hell-4

В аннотациях к комиксу Мур указывает поэму Lud Heart британского писателя-авангардиста Йена Синклера как основной источник вдохновения для написания этой главы. Также Алан был вдохновлен книгой Синклера White Chapell, Scarlet Tracings, темой которой было рассмотрение образа Уильяма Галла. Труды Синклера порекомендовал Алану его друг Нил Гейман. Мур впоследствии созвонился с писателем, и они быстро стали друзьями. В 1992 году Мур появился в фильме Синклера, сделанного по заказу Четвертого Канала, The Cardinal and the Corpse, где исполнил роль “фанатика оккультизма”. В картине Мур играет роль человека, ищущего книгу Френсиса Баррета, в которой говорится «она является ключом к целому городу, она называется The Magus… ключ к городу Каббале».

alan-moore-part08-from-voice-of-fireПсихогеография также была положена в основу романа Мура Voice of Fire, в котором повествование формируют короткие рассказы о родном городе писателя Нортхэмптоне, действие которых протекает в различные периоды времени от неолита до наших дней. Другой роман Мура, незаконченный A Grammar, также выстроен вокруг одного конкретного места – пастушьей тропы, тянущейся между Нортхэмптоном и Уэльсом. И, наконец, последний роман Алана, выходящий в сентябре 2016 года, тоже рассказывает о Нортхэмптоне, будучи своего рода «Улиссом» писателя.

Впервые Мур заявил, что поклоняется змееподобному богу Гликону в феврале 1994 года в интервью журналу Rapid Eye. Статья в Fortean Times сообщает, что Алана Мура «с Гликоном познакомил Стив Мур… после чего они решили образовать Великий Египетский Театр Чудес». Другие статьи намекали, что встреча с Гликоном у Мура могла произойти случайно во время магического ритуала. Это не соответствует действительности. В течение как минимум пятнадцати лет друг Алана, Стив Мур наслаждался поклонением богине Селене, о чем Алан писал в Unearthing: «Я нахожу отношения Стива Мура с богиней – происходящие по большей части во время ритуалов или во сне – одновременно интересными и потенциально поучительными». Алан нуждался в собственном покровителе. И хотя Мур мечтал о знакомстве с богом, именно Стив свел их вместе, открыв ему Гликона. Когда Стив показывал Алану фотографии статуи лунной богини Гекаты, найденной в Томисе, внимание Мура привлекла другая статуя, найденная в результате раскопок. «Лучше всего я могу описать это как любовь с первого взгляда. Это безусловно жуткое изображение божественного змея с наполовину человеческой головой, обрамленной длинными светлыми локонами волос, непостижимым образом показалось мне знакомым». Вдвоем друзья собрали информацию о змеевидном боге, оказавшемся Гликоном.

alan-moore-part08-from-glyconИмя «Гликон» означает «сладкий» — этимологический корень его такой же, как и у «глюкозы». Змей, источающий пророчества, Гликон был богом, которому поклонялся некий культ во втором веке нашей эры. Существуют доказательства, собранные сатириком Люцианом, частично доказывающие, что Гликон был выдумкой Александра Великого, создавшего культ и использующий его и его членов для насаждения им своей воли. Вместо того, чтобы быть разочарованным, Мур внезапно принял Гликона. Но только после того, как он раскопал о божестве множество исторической информации, Алан Мур пожелал вступить с Гликоном в контакт.

Поздней ночью 7 января 1994 года Алан Мур и Стив Мур употребили волшебные грибы, после чего размышляли о магии, а затем разделили участь быть встреченными Гликоном. Мур вел с Гликоном разговор, длившийся «как минимум часть вечера». Алан довольно путано говорит о своем контакте с божеством, упоминая, что встреча «как будто происходила вне времени, а само время происходило все и сразу», добавив, что у него «были и другие откровения».

Вскоре после этого Мур написал поэму «Божество Гликон», описав встречу так: «последний из созданных римских богов… и идея бога, настоящая идея… чрево его полно осознания, камней драгоценных и яда».

Ритуал, который исповедует Мур, чтобы вызвать Гликона, конечно, является в высшей степени личным, но при помощи выдержек из статьи Стива Мура «Selene Pathworking», мы можем узнать об общих методах вызова богов. Приготовления, например, включают в себя «расслабление и предпочитаемый метод», «глубокое дыхание и повторение мантры». После чего стоит сосредоточится на визуализации детального сценария будущей церемонии, написанного участниками заранее для создания чувства структуры, ритуала и придания цели действу. В качестве «предпочитаемого метода» Мур поначалу использовал те самые магические грибы, но больше он в дополнительных стимуляторах не нуждается. Он утверждает, что с начала 2000 года не проводит ритуалов, включающих в себя употребление грибов или других наркотических средств. По его собственным словам Мур «употреблял наркотики для исследования пяти нижних сифер» при работе над Promethea, но с тех пор «использует свой разум для этих целей».

alan-moore-part08-lyon

Для ритуалов Мур никогда не использует кровь и никогда не приносит жертвоприношения. «Я нахожусь в невыгодном положении, будучи одновременно дьяволопоклонником и вегетарианцем. Боюсь, жертвоприношения живых существ были невозможны… Я сжигал предметы, имеющие для меня значение». В разное время Мур проводил ритуалы сам, со Стивом Муром, с «музыкантом» (Тимом Перкинсом), с «другими магами». Мур однажды показал Брайану Болланду свой чердак, заявив, что там поселился демон в результате неудачного эксперимента, но по большей части Мур использует в качестве места поклонения собственную гостиную. Когда ритуал начинается, Мур, по его словам, входит в «состояние фуги», в котором его окружает «дезориентирующее, подавляющее, даже устрашающее» количество информации, сквозь которую он должен найти путь. Единственным способом сделать это является ослабить часть «себя», чтобы впоследствии иметь возможность вспомнить о самом ритуале.

Что касается конкретных случаев контакта со сверхъестественным, то нам известно, что в январе или феврале 1994 года Мур «на мгновение почувствовал, что я нахожусь на грани безумия. Я думал, что являюсь Иисусом, что я  являюсь мессией, и что я пришел провести этот мир из тьмы во свет». Строка из Promethea №12 «инициация может быть делом темным и опасным, путешествие сквозь страну тьмы необходимо совершить прежде, чем состоится прогресс» намекает, что не все ритуалы Мура были приятными. Мы знаем, что в течение месяца после первого знакомства с Гликоном Мур испытал вот что:

«У меня был опыт встречи с демоническим существом, сказавшим мне, что его имя Асмодей. И когда мне разрешено было увидеть, как же это существо выглядит, или каким оно хотело явить мне себя, это было похоже на такую решетку… представьте себе паука, а потом вообразите множество образов паука, соединенных вместе – множество образов разных по масштабу, соединенных вместе – как будто это существо двигалось сквозь разные временные пласты».

alan-moore-part08-promethea

Мур заметил, что «Асмодей говорил учтиво и был очарователен». В отличие от Гликона, Мур нашел информацию об Асмодее уже после того, как повстречался с ним лично, пусть имя это было известно Алану задолго до этой встречи. Уже в 1970 году в одном из опубликованных в Embryo стихов Алана упоминался «зов Асмодея». Позже он опишет бога в Promethea как всесильное, бесстрашное существо.

Все эти столкновения со сверхъестественным пробудили в Алане стремление творить, впитать в себя и запечатлеть новый опыт. Он нарисовал портрет Гликона, назвав картину «Сад Магии».

alan-moore-part08-garden-of-magic

В течение недели после первого акта поклонения Гликону Мур написал две песни, «The Hair of the Snake that Bit Me» и «Town of Lights». В первой рассказывалось о Великом Египетском Театре Чудес, но такой организации тогда не существовало, хотя вскоре под таким именем стала известна группа магов включающая в себя Мура. В нее входили сам Алан, Стив Мур, Тим Перкинс, Дэвид Джей, Джон Кулхарт и Мелинда Гэбби. Организацию создали в шутку, а ее участники придумали историю Театра, тянущуюся сквозь века, ставшую пародией на историю тайных обществ, вроде масонов или розенкрейцеров.

Когда журналист Д.М. Митчелл брал у Мура интервью в феврале 1994 года, ему удалось узнать о темной стороне ритуалов Алана. Мур чувствовал себя дезориентированным и утверждал, что уже «через несколько месяцев сможет рассуждать о своем новом опыте спокойно».

Митчелл знал, что Алан начал работу над новой книгой Yuggoth Cultures – сборником рассказов и стихов, вдохновленных творчеством Лавкрафта. Проект этот вырос из короткого рассказа, опубликованного в антологии Митчелла Starry Wisdom. И хотя Мур был увлечен творчеством писателя с тринадцати лет, он сказал, что «недавно начал воспринимать его в новом свете». Причиной этому было увлечение Муром работами Кеннета Гранта, преемника Алистера Кроули, оккультиста и мага. Грант считал прозу Лавкрафта  «каналом магической информации». Мур, впрочем, прекратил работу над Yuggoth Cultures, забыв рукопись книги в такси. Подтверждений тому, что книга на самом деле существовала было несколько: Мур упоминал о ней в интервью Rapid Eye, ее рекламировали и даже присвоили ей ISBN-номер. Уцелевшие несколько сотен слов книги были опубликованы в антологии, также названной Yuggoth Cultures.

alan-moore-part08-yuggoth

Те две песни, что написал Мур, стали открывающей и завершающей частью перфоманса, также названного The Moon and Serpent Grand Egyptian Theatre of Marvels, который состоялся 16 июля 1994 года. Мероприятие задумывалось как уникальное. В детстве Мур увидел выступление комика Кена Додда, и был поражен осознанием того, что Додд повторял одни и те же шутки день за днем, а присущая комедии спонтанность и установление личной атмосферы со зрителями воспроизводились раз за разом. Каждое представление «Театра Чудес» напротив должно было быть единственным и неповторимым, четко привязанным к месту и времени его проведения. Так, в том конкретном случае перфоманс состоялся в ночь, когда комета Шумахера-Леви врезалась в Юпитер, породив одно из выдающихся астрономических чудес двадцатого века. Мур и его коллеги рассматривали представление как магический публичный ритуал, обретший форму мультимедийного перфоманса, частью которого было исполнение музыки, танцы, чтение поэзии и произнесение монологов.

Выступление «Театра Чудес» состоялось в течение трех вечеров. Ведущим перфоманса был Йен Синклер. Дэвид Джей и Тим Перкинс написали для мероприятия фоновую музыку. Мелинда Гэбби исполняла роль ангельского голоса. Сам Мур читал со сцены стихи и покинул ее под аплодисменты «удивительно небольшой» аудитории.

Транскрипция перфоманса была опубликована в фэнзине Frontal Lobe, а тексты стихов в течение нескольких последующих лет издавались в Negative Burn. Вскоре Мур записал собственную часть выступления в студии, а CD «Театра Чудес» в итоге вышел в 2001 году.

alan-moore-part08-negative-burn

Неудовлетворенный своим первым «выступлением», и осознающий невозможность точно описать свой магический опыт, Мур «переключился в аналитический режим». Он собрал внушительную библиотеку книг о магии и истории оккультизма, а также гримуаров и артефактов, представляющих магическую ценность.

Но на самом ли деле Мур верит, что Асмодей и Гликон существуют? Бесспорно, мы можем признать, что в сознании Алана они живы. И когда мы это признаем, мы можем увидеть, что психогеографию и поклонение Гликону Мур использует, чтобы исследовать мыслепространство.

Когда Мур начал свои исследования, он был удивлен, узнав, что «не существует теории, позволяющей понять любой вид сознания». Взгляды Мура, несмотря на его увлечение магией, остаются научными. Он верит, что маги совершали фундаментальную ошибку, рассматривая «магию» как научную систему с четко работающими «законами». Для Мура магия – искусство или даже мета-искусство, сродни психологии или лингвистике, и согласно его взглядам, все великие произведения искусства были созданы авторами, практикующими магию того или иного рода. Наука же в понимании Мура имела как минимум одно серьезное ограничение: она «не могла обсуждать или исследовать само сознание, поскольку научная реальность полностью основана на эмпирическом явлении», и, стало быть, «если бы я захотел создать рабочую модель сознания, бывшую полезной мне лично или в профессиональном плане, становится очевидно, что мне пришлось бы построить ее самому».

Все средняя секция Promethea является погружением в мыслепространтсво – названное в комиксе «immateria» — «магическую область». Вся серия представляет собой лекцию на тему магии и мест, которые Мур посетил, его личного опыта. Так, например, Прометея в комиксе носит с собой посох-кадуцей, увенчанный изображением двухголовой змеи. Сам Мур часто ходит, опираясь на трость, чей набалдашник выполнен в форме змеиной головы.

alan-moore-part08-promethea-02

Мур воспринимает вселенную как четырехмерное пространство, содержащее в себе прошлое, настоящее и будущее, которое он исследует, используя собственное сознание. Внутри у нас есть собственное ментальное пространство – то самое мыслепространство – скрепленное вместе посредством ассоциаций. Мыслепространство разделено на секции, управляемые отдельными принципами, такими как способность судить о чем-нибудь. Первыми исследователями, обнаружившими «движущиеся контуры» мыслепространства, были шаманы, использующими галлюциногены для входа в транс, и ставшие ведомыми для всего остального человечества. Эта традиция продолжалась и эволюционировала. Впоследствии оккультисты рисовали карты, наподобие Таро, которые, если их использовать правильно, могли служить аллегориями для всего возможного спектра человеческих эмоций. Мур верит, что магия занимает центральное место в творчестве, и что язык как таковой родился из системы жестов, знаков и символов, созданных для пояснения видений шаманов.

Личный опыт Мура заставил его поверить в то, что его мыслепространство связано с таковым других людей, напоминая таким образом юнгиангское подсознательное. Мыслепространство не является нейтральным или инертным, существуют четкие доказательства наличия у него самосознания, цели и чувства юмора. В Мыслепространстве обитают Боги, оно сосредоточенно в наших разумах, и, следовательно, мы все содержим в себе богов. Ангелы в таком случае являются нашими добродетеями, а противостоят им дьяволы – наши низшие импульсы.

alan-moore-part08-caneМур не скрывает, что его взгляд на мир является синтезом его исследований и личного опыта. Из Moon and Serpent становится понятно, что базис системы верований Алана стал доступен/понятен ему в течение первых месяцев магических практик. Вместе с этим он, уже исповедуя магию, расширил свои познания, подвергнувшись влиянию нескольких новых идей. Так, например, в одном эссе The Serpent and the Sword, он рассекал о значении образа змея в науке. Антрополог Джереми Нарби, издав в 1998 году книгу The Cosmic Serpent, утверждал, что символ змеи в мифологии олицетворяет собой двойную спираль ДНК. Кроме того Мур также разделяет веру Нарби в наличие у человека «стороннего ДНК» — части ДНК, служащего информационным хранилищем древнего культурного наследия, к которому можно получить доступ, свершив определенный ритуал.

И хотя Мур заверил, что его увлечение магией стало для него откровением, радикально «магия» на его мышление не повлияла. Он не стал отказываться от написания сценариев к комиксам, переселился на Гоа и стал посвящать все свободное время медитации и наблюдению за слонами. Все, что последовало за принятием им магии, можно рассматривать в качестве дополнения к его мировоззрению. Его техника повествования осталась прежней. Он все еще рассказывает истории, полные симметрических элементов, и создает комиксы, чья последняя панель ведет к первой, он по-прежнему играет со словами и обожает каламбуры, его письму присущ мгновенно узнаваемый ритм, который Дуглас Волк описал как «ямбовый галоп». Если уж на то пошло, то эссе Алана Fossil Angels, написанное в 2002 году и призывающее коллег-магов отказаться от использования устоявшихся практик, по духу очень напоминает его заявление о комиксах, сделанное в восьмидесятых годах. Точно также он видит потенциал в открывшемуся ему медиуме. Потенциал, сдерживаемый ностальгией, ленью и верой в проверенные методы.

alan-moore-part08-fossil

Какими бы не были встречи Алана со сверхъестественным, они, безусловно, сыграли свою роль в поддержании его уже существующих верований и снабдили его энергией для развития тем, которые он уже исследовал.

Решение Мура стать магом оттолкнуло от него многих читателей и верных поклонников, далеко не каждый из которых был недалеким консерватором, предпочитающим чтобы Алан писал только подобные Watchmen комиксы. Дуглас Волк заметил, что в Promethea «соотношение мудрости к пустословию варьируется в зависимости от желания читателя воспринимать полупереваренного Кроули». Да и сам Алан сказал, что серия потеряла несколько тысяч читателей, когда он начал знакомить их с мироустройством комикса.

Нет точного способа узнать какой процент поклонников Мура верит в правдивость его верований и практик, но когда эта тема обсуждается, чаще всего обсуждают «а не сошел ли он с ума?» или «да он сам не верит в то, что говорит». Несмотря на то, что его путешествие в мир магии было, безусловно, личным, тот факт, что он столь открыто о нем рассуждал, может являться провокацией с его стороны. Так что вполне естественно, если некоторые поклонники будут требовать от него некоего рационального объяснения своих «магических» предпочтений.

alan-moore-part08-mooreМур много и охотно говорит о своем магическом опыте, практиках и верованиях, и интерпретировать его слова каждый волен по-своему. Кто-то может съязвить, что его писанина – продукт больного ума, отравленного наркотиками. Алан точно не будет первым человеком, выкурившим сигарету с марихуаной и наутро обнаружившим, что ему стали ведомы секреты миростроения. Мур и сам в интервью говорил, что, возможно, его мировоззрение подвержено влиянию со стороны употребляемых им наркотиков. Уоррен Эллис однажды в шутку сказал, что Алан курит косяки «толщиной с ножку стола». Однако, мало кто, регулярно употребляя наркотики, способен сохранять ту удивительную ясность ума и завидный интеллект, которыми обладает Мур. Не говоря уже о способностях на регулярной основе заниматься творческой деятельностью или давать интервью на любые темы.

Кто-то небезосновательно может счесть, что Мур выступил с подобным заявлением только ради того, чтобы вернуть себе уходящую славу, снова стать знаменитым. Сам Алан, впрочем, был в ужасе, когда в конце девяностых годов Розанна Барр и Бритни Спирс публично заявляли об увлечении Каббалой, ибо он видел в этом лишь маркетинговый трюк или желание выйти из творческого и эмоционального кризиса.

Есть и более циничные объяснения. Мур придуривается, играет роль «мага»? Отчасти, да. Когда его в лоб спрашивают об этом, он всегда предпочитает отвечать на этот вопрос как можно более открыто. «Это театр ума», говорит он. Это  лишь способ для него практиковать свои ритуалы. Можно задать и более точный вопрос: «насколько Мур искренен когда дело касается магии?». Кое-кто считает, что это всего лишь обман, трюк с целью впечатлить простодушных людей. Роб Лайфелд, например, сказал: «Однажды он позвонил нам и сказал, что только что он был в этом мире сновидений, разговаривал с Шекспиром, Сократом и Моисеем. На полном серьезе. И что они говорили, по его словам, месяцы напролет, но когда он проснулся, оказалось, что прошел всего один вечер, а он пробудился с этими новыми идеями. И я говорю, это все дурь, чувак. Я думаю, это все дурь. Я тоже начну так говорить. Знаешь почему? Потому что это мгновенно делает тебя интересным человеком. Типа, «О, да, вчера ночью я тусовался с Сократом. Он ко мне во сне заявился. Мы играли в покер. Мы принимали «кислоту». И вещи, наподобие этой, Алан говорил постоянно». Мур в ответ только улыбается: «Я никогда в жизни не разговаривал с Робом Лайфелдом… Я не помню, приезжал ли я хоть раз в офис к Image. Я разговаривал с Эриком Стивеносном, эм, но  никогда не общался с Сократом, Шекспиром и Моисеем».

alan-moore-part08-moore-2

Мур решил заявить о своем решении стать магом в очень непростое для него время. В то время он решил отложить на потом свои самые сокровенные работы – сложные, многогранные, требующие усилий как от него, так и от читателя – ради создания самых легковесных комиксов в своей карьере. Очень легко представить себе, что его решение стать магом было чем-то вроде защитной реакции на это. Это могло быть стремление показать миру, что Алан Мур был чем-то большим, чем автором супергеройских комиксов. Это даже могло быть попыткой доказать себе, что рисование историй о демонических клоунах – не все, на что Алан был способен.

Но любые циничные интерпретации разбиваются об одни простой факт: двадцать пять лет спустя Мур все еще маг. Он уже не принимает наркотики. Любой маркетинговый трюк имеет жизнь короткую и недолговечную, а Алан уже был магом в пять раз дольше, чем работал на DC. Он все еще пишет о магии и все еще ее практикует. Его мировоззрение остается постоянным и сложным на протяжение многих лет, оно не основано на провокативных заявлениях.

Есть и еще одно любопытное объяснение: Мур мог сойти с ума. Немного так. Не совсем. Эта возможность волновала самого Алана, и его друга, Стива Мура, после того, как он пережил свою первую встречу с Селин. В феврале 1994 года Алан Мур описал процесс практики магических ритуалов как подобие контролируемого сумасшествия. «Я полностью сходил с ума, и в то же время надеялся достичь чего-то более конструктивного… если через пять лет я буду накачан торазином и буду носить жилет, застегивающийся на спине, то очевидно, что это заявление о начале магической практики будет звучать довольно глупо». Мур понимал, как именно звучат со стороны его заявления: «Я думаю, что, и это весьма логично, большинство людей предположит, что все, о чем я сейчас сказал, было не больше чем бормотание угасающего рассудка, или что это какое-то проповедование в стиле Нью-Эдж о моей работе».

alan-moore-part08-moore-3

После публикации Voice of Fire в 1996 году, Мур вновь заявил: «Я постоянно отслеживаю возможность того, что я, возможно, сошел с ума». Он напомнил об этом в 2002 году в интервью для Times журналисту Доминику Уэллсу: «О, я за последние шесть лет стал намного более сумасшедшим, хотя мои идеи стали более утонченными. Да, я был всего лишь аматором по части безумия тогда… ». Описывая свои ритуалы, он, порой, выдает фразы, вроде «признаюсь, это все показано с моей, все больше становящейся безумной перспективы». Или, отвечая на вопросы, касающиеся его «магического пробуждения», говорит «Этот термин подойдет. «Душевное расстройство» тоже подойдет, как вам угодно. Для меня все равно».

Сам Алан уверен, что на самом деле магия ему помогла в психологическом плане, сумела помочь ему переосмыслить роли, которые он играл. Роли мужа, отца, автора. Он говорит, что магия помогла направить его различные жизненные энергии в одно русло, замечая «Сейчас, после многих лет тяжелой работы, я лишил Гидру одной головы. Я Алан Мур, когда общаюсь со своими дочерями, или моей восмидесятидевятилетней тетей, или читателями, или собой».

Так или иначе, но личная и профессиональная жизни Мура изменились с того момента, как он решил посвятить себя магии. Она стала чем-то, что Мур считает в высшей степени серьезным, возможно, даже святым. Друзья и родственники Мура постоянно заявляют, что Алан верит в то, что говорит.

Сам Алан считает свои магические практики частью творческого процесса, чем-то, что помогает ему стать лучше, писать лучше, жить лучше. Магия, по его словам, наделила его «новой парой глаз» и позволила по-новому взглянуть на свое ремесло. Позволила поддерживать качество его работ на должном уровне. Позволила стать тем, кем он стал.

Неважно, что подпитывало Мура в последние четверть века, что помогло ему заново обрести себя,  что дало ему неисчерпаемый источник вдохновения. Была ли это магия? Кто знает? Но что-то же помогло Муру двигаться дальше, развиваться духовно, искать новые способы самовыражения, день за днем творить, не опуская руки. Это ли не чудо?

Supreme
Supreme

В начале девяностых годов Мур занимался созданием комиксов крайне личных, сложных в производстве и отнимающих большую часть его рабочего времени. Он также писал сценарии для, например, Spawn, но никто в здравом уме не мог предположить, что ему нравилось работать над коммерческими проектами, не интересовавшими его. Его выбор тогда был скуден: либо писать инновационные и комплексные серии, которые, возможно, так никогда бы и не были опубликованы, либо сочинять сценарии для хорошо продающихся комиксов без вменяемых концепций и стиля. Муру было необходимо найти новый способ занять себя, и в 1996 году у него появился такой шанс.

Роб Лайфелд, один из основателей Image, попросил его занять пост сценариста серии Supreme – комикса, чьим героем был персонаж, напоминающий злого Супермена, убивающего врагов. Изначальный концепт Алана не очень впечатлил. Поэтому когда он взялся за серию (первый выпуск Supreme по сценарию Мура вышел в августе 1996), он привнес в нее идеи, появившиеся у него во время работы над 1963. Мур хотел рассказывать типичные истории о Супермене, происходящие в наши дни, но содержащие флэшбеки, являющиеся пастишами на беззаботные комиксы начала шестидесятых годов. И если 1963 был настолько пародийным, что многие читатели так и не смогли рассмотреть в комиксе юмор, Supreme был спланирован так, что читатель уже просто не мог не заметить подмигивания Мура аудитории.

Продажи серии изначально не были высокими, но тиражи росли, а Supreme оказался комиксом, тепло принятым критиками. Серия выиграла премию Айснера в 1997 году вместе с From Hell (в 1995 и 1996 годах Мур выигрывал премию только за From Hell). Алан был рад работать над новым комиксом, играя с идеями и впервые занимаясь написанием и успешного, и хорошо оплачиваемого проекта. Он говорил: «Я могу пародировать различные болячки комиксов, и могу играть с потрясающими идеями. Именно этим и был для меня Superman в детстве… прекрасными идеями, идеями, которые мне в то время казались волшебными. Они подарили мне ключ к миру собственного воображения». Говоря об идеях и Supreme, сложно вспомнить более запоминающийся эпизод, чем «планета Кирби». В Supreme: the Return #6, опубликованном в 2000 году, Мур отправил героя в мир, населенный персонажами, похожими на тех, что создал великий Джек Кирби. Легендарный творец комиксов умер в 1994 году, и в качестве трибьюта Мур организовал встречу Суприма с повелителем того измерения, Монархом – седовласым, вечно курящим сигару джентльменом с добрыми глазами.

alan_moore_part08_supreme_7 alan_moore_part08_supreme_3

Вскоре после того, как Мур начал работать над Supreme, Роб Лайфелд ушел из Image, организовав свое издательство Awesome Comics, тут же начавшее публикацию всех серий комиксов, которыми Лайфелд владел. Роб нанял Мура для перезапуска всех серий. Так Алан начал писать свои длинные сценарии для серий Glory – персонажа в духе Чудо-Женщины – и Youngblood – командному комиксу, ныне овитому легендами о его паршивости. Первые номера, написанные Муром, появились в конце 1997 года и начале 1998, вместе с Judgement Day, кроссовером, затрагивающим все серии издательства, включая Supreme. Также Мур работал над двумя другими комиксами – War Child и The Allies.

В марте 1998 года Муру позвонил Скотт Данбье, с которым Алан был знаком еще с 1986 года. Данбье теперь работал в издательстве Джима Ли Wildstorm, и интересовался, не желает ли Мур поработать на конкурентов. Алан ответил, что был счастлив с Awesome Comics, но тут Данбье ошарашил его новостью о финансовых проблемах издательства Роба Лайфелда. Производство серий и правда замедлилось. Мур написал сценарии для шести выпусков Youngblood, который должен был выходить ежемесячно, но только три выпуска в итоге были изданы в феврале и августе 1998, и августе 1999 годов. Низкие продажи комиксов даже вынудили Лайфелда опубликовать Alan Moore’s Awesome Universe Handbook – сборник питчей Алана для серий Glory и Youngblood.

alan-moore-part08-youngblood
Youngblood

Мур сказал Данбье, что займется созданием питча. За пару лет до этого у Мура появилась идея сделать комикс о «викторианской Лиге Справедливости». Изначально серия называлась The League of Extraordinary Gentle-Folk, и планировалось, что ее героями будут Алан Куотермейн, Человек-Невидимка, Джекил и Хайд. В конце 1997 года Мур уговорил своего друга, Кевина О’Нила, стать художником проекта в случае, если кто-то из издателей заинтересуется им.

Мур решил создать целую линейку комиксов с нуля. Копаясь в старых записных книжках, Алан обнаружил  много имен героев, о которых он позабыл. Ими были Том Стронг, Прометея, Кобвэб и другие. Он быстро придумал, как персонажи с такими именами должны были выглядеть. Целью такого мозгового штурма было сопоставить новых героев с уже существующими супергеройскими архетипами: так, Том Стронг был Супременом, Прометея – Чудо-Женщиной, а команда очаровательных полицейских из Top Ten олицетворяла командный комикс. Мур понял, что Awesome Comics потонуло, и справедливо решил, что большинству художников, с которыми он работал над сериями для издательства, теперь тоже понадобится работа. Так он распределил героев между авторами, с которыми создавал проекты для студии Лайфелда: Tom Strong отошел художнику Supreme, Крису Спраусу, Promethea была доверена Брендону Питерсону, рисовавшему Glory, а Top Ten получил автор Youngblood Стив Скрос.

alan-moore-part08-tom-strong

На тот момент Питерсон был занят разными проектами для Marvel, рисуя Х-Men и его спин-оффы. Также (к большому облегчению Мура) был занят и Алан Дэвис. От серии поочередно отказались Брюс Тимм и Алекс Росс, хотя именно Росс посоветовал пригласить в качестве художника Джона Уильямса Третьего, который с радостью согласился поработать с Аланом. Скорс занимался производством раскадровок для «Матрицы» братьев Вачовски. Мур же расширил сообщество свих коллег, обратившись за помощью к старым друзьям. Cobweb был закреплена Мелиндой Гэбби, а помогать рисовать Greyshirt – похожего на Spirt героя – вызвался Рик Витч. The First American в таком случае рисовал Джим Бэйки. Все эти проекты создавать должен был сам Мур и его коллеги, которые также должны были числиться соавторами серий. Wildstorm согласилось публиковать всю линейку. В нее входили уже обретший свое название The League of Extraordinary Gentlemen, Top Ten, Tom Strong, Promethea и Tomorrow Stories – антология, включающая четыре серии-стрипа: Cobweb, The First American, Greyshirt и Jack B. Quick. Все они выходили под маркой “America’s Best Comics”, которую Мур любил: «если бы они вышли отвратными, я мог бы заявить, что это была ирония».

alan-moore-part08-america-best-comicsРоб Лайфелд по поводу запуска серий высказался в духе «все серии ABC – фактически, собственность Awesome Comics». Это утверждение было правдивым лишь отчасти. Только Tom Strong концептуально и визуально напоминал Supreme. Идейно же это было переосмысление комиксов сороковых годов о Супермене, беззаботные, чистые приключения, содержащие лошадиную дозу фана. Другие серии от концептов в духе Awesome Comics отклонялись еще дальше. Top Ten не имеет отношения к супергероике как таковой, будучи чистокровным детективом, основанным на популярном телесериале Hill Street Blues. По превью, опубликованному Awesome Comics, можно было судить о схожести Promethea и Glory, но на деле комикс о Софи Бэнгс вообще ни с чем сравнить нельзя.

У этой, без сомнения, счастливой истории с запуском аж четырех новых комиксов, был свой твист: В августе 1998 года Джим Ли решил продать Wildstorm DC Comics. Ли знал о зароке Алана не работать с издателем, и слухи о продаже Wildstorm  поползли по интернету в то время, пока Мур отдыхал на своей ферме в Уэльсе. Ли и Данбье вылетели к нему на самолете, чтобы лично рассказать о сделке. Мур встретил их на железнодорожной станции: «Я помню, что вышел из такси, держа в руках свою трость для ходьбы с набалдашников в виде змеиной головы, и, судя по всему, Джим подумал, что я уже слышал новости, и поэтому принес трость с собой чтобы нанести ему увечья». Мур с подозрением отнесся к идее DC купить Wildstorm именно в тот момент когда он запустил множество новых комиксов. Но так произошло, и именно такими были мотивы DC – они хотели, чтобы Мур вновь работал на издательство. В то же время DC пытались выкупить права на издание 1963, но все авторы единогласно от предложения отказались.

У DC, правда, могли быть и иные мотивы для покупки издательства. Оно было пионером в области цифровой покраски, а сам Ли все еще был как популярнейшим художником, так и издателем, сумевшим протащить свою компанию сквозь тяжелые девяностые, заключив договоры с авторами на выпуск успешных серий, вроде The Authority, Astro City и Danger Girl. И несмотря на заявление Пола Левица «мы совершили сделку, предполагая, что Алан исчезнет в день ее подписания», статья на сайте Bleeding Cool суммировала настоящие мотивы DC: «в сущности все были согласны, что они хотели Wildstorm по трем причинам. Колористы. Джим Ли. И Алан Мур».

alan-moore-part08-top-ten

Алан был настроен запустить свою линейку комиксов во что бы то ни стало. Он «решил, что лучше было поступиться собственными принципами, чем лишить работы людей, которым она была обещана». Мур договорился с Ли и они пришли к соглашению: Мур не будет подписывать контракт с DC. Была основана новая компания, Firewall, специально для того, чтобы Алан не видел на своих чеках название издательства DC. Данбье стал редактором всех серий и единственным человеком, который общался с Муром относительно редакционных правок.

Так Мур подписал новый контракт с Ли. Теперь сценарист был уверен в том, что новая линейка комиксов не будет запущена без него, а производство всех четырех серий будет находится под его контролем. Сумма, которую получал Мур, за страницу готового сценария, не была огромной или даже большой, но вместе с этим Алан был рад тому факту, что его коллеги по работе в Awesome Comics, ставшие теперь художниками его новых серий, получали приличные по тем временам гонорары. Крис Спраус, Рик Витч, Джон Уильямс и прочие не были легковерными новичками, и подписали контракты, полагая, что их условия являются выгодными. Полагаю, все понимали, что весь смысл новой линейки комиксов ABC заключался в том, что ее курирует Алан Мур, и что у DC не было намерений производить серии, которые ему были неинтересны. Соответственно, Мур тоже должен был понимать, что ему невозможно будет найти лучшего издателя, способного и профинансировать выпуск сразу нескольких новых серий, и одновременно издавать и переиздавать шикарные репринты. Мур в итоге с головой погрузился в создание комиксов для ABC, заметив: «это требовало больших усилий, чем мне когда-либо приходилось прилагать… Я горд тем, что мне удалось это сделать».

Магические верования Мура были частью той движущей силы, что в течение двадцати лет позволяла ему создавать сложные, диковинные и интересные комиксы. В них явно содержался элемент расчетливости и показухи, но они имели смысл, если воспринимать их как способ Алана зажечь в себе новую креативную искру, исследовать процесс создания собственных произведений искусства.

Dodgem Logic
Dodgem Logic

Если мы склонны верить, что продуктивность Мура после того, как он объявил себя магом, была обусловлена именно его новообретенной верой, то первые десять лет после этого события явно были креативным пиком сценариста, а последние десять лет отмечали спад в его творчестве. В нулевые годы все его силы уходили на поддержание журнала Dodgem Logic, издававшегося с 2009 по 2011 оды, и двух незавершенных проектов – гигантского романа Jerusalem (после десяти лет написания этот колосс уже в сентябре этого года ляжет на полки книжных магазинов), и гримуара The Moon and Serpent bumper Book of Magic. И хотя Мур явно не халявил – несколько проектов остались нереализованными не по его вине (вроде либретто оперы о маге Джоне Ди для группы Gorillaz) – поклонники сценариста, следящие за его работами с 2003 по 2013 годы, особо могли не напрягаться. На этот период пришлось угасание линейки ABC  последующей отменой всех серий, написание сиквелов к League of Extraordinary Gentlemen, написание первых двух частей «Лавкрафтовской трилогии» (Neonomicon и The Courtyard). Перфомансы Мур тоже сократил, не давая новых представлений в течение последних лет десяти. Также в это время Алан написал сценарий к фильму Jimmy’s End.

Что же касается качества его работ, то не субъективно оценивать их не получается.  From Hell, Lost girls, Voice of Fire, Tom Strong, Supreme, The League of Extraordinary Gentlemen, the Birth Caul, Promethea, Dodgem Logic и Unearthing все относятся к его основным крупным работам, тематически варьируясь от легковесных комиксых сказок до сверсложных комиксов, к созданию которых, кажется, использовался научный подход, а не творческий.

Мур не пытается сделать нас членами своего культа. Его последние работы посвящены магии или же содержат в себе непрямые размышления о ней. Но это не все, о чем Мур пишет. Вы можете оценить невероятные с технической стороны достижения, коими являются Promethea или Lost Girls, даже если их темы вас смущают или сбивают с толку. Работы Мура за последние двадцать лет были разными, но, и это хорошо просматривается, написанными одним автором. Мур, возможно, и не является «магом», но, используя «магию», добивается того, чего хочет.

  • Евгений Ястребов

    Вроде как даже похоже на завершение. Это так?

    • Roland1580

      нет, еще пара глав )

  • At At

    Огромное спасибо за статьи!

    > «Goedel», «Esher», «Bach»

    Это одна книга — «Gödel, Escher, Bach: An Eternal Golden Braid», https://en.wikipedia.org/wiki/Gödel,_Escher,_Bach

    > Том Стронг был Супременом

  • Ivan Sergeev

    Печальная концовка.
    Вот, что делает с людьми косячок и пассивный доход.

    • Roland1580

      ну, это еще не финал, две главы впереди )

  • Pingback: Жизнь и творчество Алана Мура. Глава девятая | Комикстрейд()