В конце сентября в Fantagraphics вышел сборник Бенджамина Марра American Blood — коллекция коротких остросюжетных историй, нарисованных за последние несколько лет. Предыдущий комикс автора, Terror Assaulter (O.M.W.O.T.), был навеян трэш-культурой 80-х и дремучими боевиками; в новой книге обещают еще больше безумия. В ожидании посылки с экземпляром American Blood наш автор Георгий Елаев связался с Бенджамином и поговорил с ним о насилии, детских впечатлениях и нетрадиционном сексе.

 

Беджамин Марра
Беджамин Марра

— Когда я впервые увидел твои работы, я подумал: «это самая крутая штука, которую я когда-либо видел в комиксах». Твои комиксы – словно смесь подросткового безумия, хэви-метала и чего-то неописуемого. Как ты характеризуешь свой стиль и почему ты выбрал именно такой путь?

Я убежден, что стиль – это мое бессознательное отражение. Нас часто судят по поступкам, которые мы совершаем бессознательно – то же самое и с искусством; однажды я осознал, что способен открыть и принять свой личный визуальный язык, и этот подход стал решающим в моих поисках визуальных решений. Кроме того, я пытаюсь вернуть ту страсть и эмоциональный заряд, что имел, будучи тинейджером.

— Что оказало на тебя самое большое творческое влияние?

В моей жизни было много чего, что на меня повлияло. Я бы сказал, время, когда я учился изобразительному искусству во Флоренции, изменило меня навсегда.

— А помимо учебы, что еще повлияло на твой выбор пути?

Ха. Этот путь выбрал меня; комиксы – это призвание, а не выбор. Это страсть. Я просто обязан был ей следовать.

—O.M.W.O.T. – один из самых смешных комиксов, которые я когда-либо читал. Как он появился?

Спасибо! Создавать его было весело – типография Colour Code Printing из Торонто предложила мне издать книгу, они специализируются на ризографии. Я написал сценарий «Terror Assaulter», и им понравилось. Меня вдохновляла куча вещей: фильмы с Чаком Норрисом, Чарльзом Бронсоном и Сильвестром Сталлоне (например, «Кобра» и «Рэмбо: Первая кровь»), «Полицейский-самурай» и, в особенности, American Hunter c Крисом Митчумом. Когда я работал над сценарием, я решил добавить секс и насилие.

interview_benjamin_marra_omwot_01 interview_benjamin_marra_omwot_02

— А какие истории вошли в American Blood?

Это коллекция моих самиздат-комиксов: Gangsta Rap Posse, Lincoln Washington: Free Man!, The Incredibly Fantastic Adventures of Maureen Dowd, Zorion: the Swordlord, Ripper and friends, Blades & Lasers и другие.

interview_benjamin_marra_ablood

— Не мог бы ты рассказать больше о своем визуальном стиле? Он крайне выразительный, и мне бы хотелось понять, что именно ты хочешь выразить. Каким образом твой рисунок отражает твое мировоззрение?

Мой визуальный стиль сформировался методом проб и ошибок. Во многом он складывался, когда я изучал работы Пола Гуласи, Джима Стеранко, Стива Дитко и Джека Кирби. Кроме того, на меня сильно повлияли ранние иллюстрации к Dungeons & Dragons. У меня свой подход к рисунку: я стараюсь планировать как можно меньше. Часто я даже не пользуюсь карандашом и сразу работаю тушью – это заставляет меня быть решительным и принимать детали, которые могут показаться странными или «неправильными». Кроме того, это ускоряет технику – а я всегда стараюсь рисовать максимально быстро. Как по мне, вкупе все это дает самые интересные результаты.

— Гуласи и Стеранко, как круто! Я был почти уверен, что ты их упомянешь! К слову, можешь ли ты вспомнить какой-нибудь комикс, панель или разворот из него, которые впервые взорвали тебе голову? 

Я думаю, это был первый или второй выпуск Space Beaver Дэрика Робертсона, там был пин-ап главного героя, расправляющегося с вражеской охраной. Он был весь залит кровью, и я помню, как я, будучи ребенком, разглядывал рисунок и весь дрожал от дикости, которой веяло изображение. Полагаю, мои комиксы в основном именно про это – они примиряют меня с тем первым впечатлением. Возможно, я пытаюсь изобразить разницу между рисованным и реальным насилием, как я себе это представляю.

interview_benjamin_marra_03

— В чем же, по-твоему, разница между насилием в жизни и на бумаге? Как ты для себя ее определяешь и почему для тебя это важно?

Ну, реальное насилие может привести к травмам или смерти. Рисованное насилие – это изображение мысли на бумаге. Подлинное насилие – это нечто, что может выпустить наружу истинные страхи. Но изображение насилия дает возможность примириться с тем, что не дает покоя; бумага ведь сама по себе не может поранить. В молодости я боялся насилия – и чтобы контролировать свои страхи, я начал рисовать то, что меня пугало. И это дало мне возможность обуздать страх. Так что, когда я рисую насилие, оно у меня под контролем, и не может причинить вреда, поскольку это просто рисунок на листе бумаги.

— Мы подошли к теме, которая меня больше всего меня занимает: какую роль в твоих комиксах играют секс и насилие? Один из моих любимых моментов – когда два мужика трахаются в падающем самолете. Когда я читал эту историю, я дико смеялся – то ли от восторга, то ли от изумления. Можешь объяснить, как это работает?

Ну, я просто обращаюсь к тому, что всех нас объединяет, ведь это наши базовые потребности. Но это также отсылка к жанру exploitation. В конечном счете, сочетание всех этих вещей очаровывает меня.

Что касается парней, трахающихся в самолете, то изначально герой трахался со стюардессой, но затем я подумал, что будет гораздо интереснее, если он займется сексом с парнем. Это больше соответствует образу героя O.M.W.O.T., который безнаказанно убивает и ебет виноватых и безвинных, женщин и мужчин; ему без разницы. Просто ему понадобилось поиметь другого мужика.

interview_benjamin_marra_panthergirl_02

— Класс. Спасибо за подробное разъяснение! Я часто натыкался на истории о том, как известные авторы делали свои комиксы живее, наполняя их персональным контекстом. Рассматриваешь ли ты своих героев как свое «альтер эго»? Или они максимально отдалены от тебя?

Они существуют отдельно от меня. У моих персонажей – свои собственные дела, и они сугубо внешние. Если бы они были отражениями моих решений, или того, что могло бы быть моими решениями, то в разгар конфликта сюжет был бы не особо интересен. Крайне важно понимать своих персонажей на глубинном уровне, и я всегда относился с уважением к тому, что делает их уникальными.

— Наверняка кто-то из художников сейчас вдохновляется твоим стилем. Я, к примеру, точно знаю одного парня. Ты когда-нибудь думал о том, что твои комиксы произведут такой эффект? Как тебе такое развитие событий?

Я всегда работал с целью удовлетворить свои собственные творческие нужды, и делал комиксы для себя. Я воспринимаю их как абсолютно формальные эксперименты с искусством комиксов. То, что они резонируют с другими людьми, меня изумляет. Я счастлив, что у кого-то находится время их читать – вокруг же так много другого контента. Положительные отзывы воодушевляют меня работать дальше.

interview_benjamin_marra_09

— У меня есть ощущение, что твои комиксы очень релевантны поколению людей, родившихся в конце XX века. Как думаешь, могут ли они стать хорошей точкой входа для читателей, незнакомых с этой эпохой? Могут ли они открыть кому-то дивный новый мир второсортных боевиков?

Они вполне могут быть полезны людям, которые незнакомы с историческим и культурным контекстом, но, если честно, я об этом не задумывался: мне просто хотелось рассказать хорошую историю. Я буду рад, если мои комиксы станут для кого-то познавательными, но это не является моей целью.

— А как ты пишешь сценарий? Ты делаешь это заранее, или придумываешь историю на ходу?

Обычно это начинается с того, что я представляю какой-то момент в возможном сюжете. Это ведет к другим моментам. Как правило, когда это случается, мой разум черпает новые возможности из прочих медиа – фильмов, книг или игр, к примеру. Все это меня вдохновляет: порой это может быть определенный персонаж, иногда – особенное чувство или атмосфера. Это очень органичный процесс.

interview_benjamin_marra_04— Ты говорил, что работаешь тушью, чтобы ускорить процесс, но когда я смотрю на твои рисунки, то вижу много тяжелой работы над тенями, гротескными рельефами и панелями. Как много времени у тебя уходит на страницу, и какие элементы для тебя важнее прочих?

Я могу закончить страницу менее, чем за день. Вообще не считаю, что имеет смысл работать над страницей дольше 6-8 часов. Самый важный элемент – это ясность изложения. Очень важно рисовать в точности так, как разворачивается нарратив. Переходы от панели к панели – это самая важная штука, следом за которой – композиция панелей, четкость фигур и другие необходимые предметы.

— А как твоя жизнь изменилась с тех пор, как ты начал работать над комиксами? Как сильно искусство повлияло на твое мировоззрение?

Еще как! Теперь я сфокусирован, и мои представления о том, что важно в жизни, тоже поменялись. Это сделало меня спокойнее, я стал целеустремленным.