Продолжаем цикл материалов, посвященных жизненному и творческому пути великого британского писателя Алана Мура.

Глава I | Глава II | Глава III | Глава IV | Глава V | Глава VI

Мур и Гиббонс завершили работу над Watchmen в мае 1987, спустя три года после старта проекта. Уже в процессе создания комикса им стало известно, что Watchmen стал сенсационно популярным – хитом у читателей, фаворитом у критиков. В результате этого процесс создания последних номеров затянулся: Мур был завален заказами, и мог писать только по несколько страниц сценария за раз, отправляя готовый материал Гиббонсу посредством одного знакомого таксиста. Расписание выхода номеров «съехало» аж на два месяца, и DC пришлось обновить информацию о финальной дате выхода двенадцатого номера (и выдержать напор владельцев комикс-магазинов, которым пришлось заново подавать заявки на приобретение Watchmen). Последний номер серии увидел свет в июле 1987 года. Почти сразу же Watchmen были собраны в трейд в формате графического романа.

alan_moore_part07_watchmen_01

В Британии журналы теперь публиковали статьи, возвещающие о приходе нового вида комиксов – комиксов для взрослых (не порнографии, а именно взрослого содержания). Одной из первых таких статей была написана Нилом Гейманом для Times, и она, по сути, являлась прообразом всех написанных впоследствии материалов на эту тему. Она извещала, что комиксы перестали быть жанром для детей; что исконно американских супергероев теперь создают (пишут и рисуют) британские авторы; что вещи вроде Watchmen теперь содержат политические alan_moore_part07_forbiddenplanetкомментарии. В статье упоминалось имя Мура, Френка Миллера и его мощный Dark Knight, а также название магазина Forbidden Planet, расположенного в центре Лондона. Длинная статья Дона Ватсона для Observer, вышедшая в ноябре 1986 года, рассказывала практически о том же.

Шумиха вокруг комиксов активно подогревалась издателем Titan Books. «Титан» не только публиковал сборники американских и английских комиксов – его отделение занималось доставкой комиксов в магазины, а также издатель владел крупнейшим таким магазином в стране, уже упомянутым Forbidden Planet. Издатель нанял пиарщика Игоря Голдкайнда для раскрутки комиксов. Тот популяризовал термин «графический роман», признавшись, что «я спер его у Уилла Айснера», но именно в результате этого шага многие британские книжные магазины начали заказывать для продажи комиксы, ранее продававшиеся исключительно в специализированных комикс-шопах.

alan_moore_part07_bomb_the_bassЧтобы усилия пиарщика не пошли прахом, Titan опубликовали в формате трейдов три превосходнейших комикса: The Dark Knight Returns, Watchmen, и Maus. Британская пресса теперь активно упоминала шедевр Шпигельмана, рассуждая о роли графических романов. Но при этом в почти каждой статье упоминалось имя их соотечественника Мура. Его фото (харизматичный высокий бородач с умными глазами)и кровавый смайлик из Watchmen иллюстрировали любую статью о комиксах в то время. К 1988 году смайлик уже стал частью массовой культуры: как часть гардероба в ситкоме Ленни Хенри; пришпиленный к бомберу помощника Доктора Кто; став эмблемой группы Bomb the Bass. Трибьюты Муру и его работам стали появляться все чаще. Музыкальная группа The Chameleons записала «Swamp Thing», Transvision Vamp пели «Hanging out with Halo Jones». В 1989 году pop-коллектив Will Eat itself выпустили «Can you dig it?» — список фильмов, песен, шоу и комиксов, которые они любили, и в него был включен V for Vendetta. Припевом для песни было «Алан Мур знает что почем».

Сам Алан привыкал к новой роли. Он начал осознавать, что стал кем-то вроде культовой фигуры, возможно, даже знаменитостью. Его родители были несказанно им довольны: «Как только я начал воплощать в жизнь свои юношеские амбиции, я не думаю, что они в них верили. Они думали, что я стану для них разочарованием… мой отец был очень впечатлен, увидев меня в первый раз по телевизору. Он никогда не читал мои работы… но понимал, что если ты мелькаешь по телевизору и люди говорят о тебе приятные вещи, ты делаешь все правильно». Мур был везде: его пригласили на радио-шоу Kaleidoscope, и самый первый выпуск Q (октябрь 1986). Рассказав о Swamp Thing в течение своего гостевого визита на детское шоу Get Fresh, Мур затем принял участие в панели, членами которой были Клифф Ричардс и пес из популярнейшего сериала East Enders. У него брали интервью для ночного музыкального шоу The Tube Мюриел Грей и Пола Йейтс. «На тот момент я был самым популярным сценаристом комиксов из всех живущих. Это казалось странным, потому что… в результате этого ты оказываешься отрезанным от людей, становясь успешным. Внезапно все твое время занято какими-то телепроектами, интервью… не такими, как это, но интервью для голландского журнала, для немецкого, для еще одного, французского. Ты снимаешься в документальных фильмах о твой жизни…».

Последний рефренс относился к Monsters, Maniacs and Moore (1987) – получасовому документальному фильму Central Television, в котором Мур брал интервью у самого себя. Фильм вышел забавным. Алан в привычной для себя манере развлекает зрителя дискуссиями о проблемах окружающей среды, затронутых в Swamp Thing, рассказывает о политической подоплеке своих комиксов, и сам отвечает на свой вопрос «существует ли у вас комплекс мессии?». «Если бы у меня его не было, носил ли я такую прическу?», замечает Алан.

mosnters-maniacs
Кадр из фильма
Дебби Делано
Дебби Делано

Чего в фильме о Муре не показали, так это его новых отношений с Дебби Делано, его и Филлис общей знакомой. В то время она только-только переехала в дом Муров на Берчфилд Роуд. Мур говорит, что они пробовали «в некоем роде экспериментальные отношения, полагаю, так их можно назвать. Это было что-то, что нам казалось очень серьезным, и продолжалось оно года три, что было пределом серьезности».

Как в других случая, затрагивающих личную жизнь Мура, его нежелание выставлять отношения на показ можно было спутать с секретничаньем. Но Мур, Филис, и Дебби своих отношений от друзей и родственников не скрывали.

Сделавшись фигурой публичной, Мур все же заметил, что новообретенная слава его немного раздражает. И при этом он полностью понимал, что теперь ему ее не избежать, так что действовать нужно было соответственно. Мур прикупил белоснежный, модно пошитый деловой костюм летом 1986, и стал давать интервью всем, кто хотел узнать о его мнении. Игорь Голдкайнд заметил, что Мура «приняли как некоего адвоката, отстаивающего права комиксов для взрослых – должность, которую он терпимо исполнял, так как буквально все журналисты пытались критиковать его взгляды. Его вскоре назвали «первой британской мега-звездой комиксов», и впервые анализ прессы оказался правдивым».

Алан Мур в 1986 году
Алан Мур в 1986 году

Мур неустанно извещал о приходе новых комиксов, взрослых комиксов и комиксов для взрослых. Он осознавал, что его роль теперь заключалась в написании «графических романов», о которых все теперь были наслышаны. Его фанаты интересовались продолжением Watchmen. После успеха The Dark Knight Returns Френку Миллеру предложили написать еще один комикс о Бэтмене – Year One, также ставшем бестселлером. Еще с момента начала публикации Watchmen Мур и Миллер заявили, что их не интересует создание сиквелов собственных работ, но они с радостью возьмутся за создание новых комиксов в едва зародившемся жанре. Мур доложил: «Мы можем занять созданием серии Minutemen, рассказывающей о супергероях сороковых годов. Мы также задумывались о создании серии Tales of The Black Frieghter, которая должна стать такой себе пиратской серией комиксов. Но нет, продолжения Watchmen не будет». Гиббонс подтвердил его слова: «очевидно, что Алан и я могли заработать состояние на выпуске Watchmen 2 в следующем году. Вот только я не могу найти ни одну причину сделать это, исключая, конечно, материальную. Minutemen  же привлекателен тем, что это другая эпоха и другие истории».

Batman: Year One
Batman: Year One

Оба творца придерживались этих взглядов во множестве интервью. Мур иногда прояснял ситуацию, концентрируюсь на одной немаловажной детали (курсив мой): «Единственный возможный спин-офф, который мы можем придумать – возможно, спустя пять или шесть лет и только в случае гарантирования нам позиции владельца серии – комикс Minuteman. Сиквела не будет».

Watchmen завершился, но у фанатов творчества Алана не было недостатка в комиксах, написанных их кумиром. Мур все же запретил некоторые переиздания своих комиксов, таких как его стрипы для Sounds, например (и продолжал возражать против переиздания его работ для Marvel UK). Но все остальные комиксы, созданные в его «британский период» были доступны в новых переизданиях как в Англии, так и в США. Сборники Future Shocks и Time Twisters теперь продавались с его именем на обложке, став Alan Moore’s Shocking Futures и Alan Moore’s Twisted Times. Для них он написал новые предисловия, сделав это, скорее всего, потому, что хоть он и не получал денег с репринтов, писателю, создавшему предисловие, полагался гонорар в 1% с продаж. Также он создал свой последний стрип для 2000AD, опубликованный в 500 номере журнала. Четырехтомник Maxwell The Magic Cat был издан в формате трейдов. Мур настолько стеснялся этого, что весь гонорар от публикации передал в Гринпис. Алан был частым автором мелких газетных публикаций как в Америке, так и Британии, создавая самые разные материалы для них, разнящиеся в диапазоне от анализа пост-травматического синдрома у солдат до иллюстраций Годзиллы. DC готовы были опубликовать V for Vendetta, закончив таким образом серию, пребывающую в стазисе после смены издателя. The Killing Joke вот-вот должен был лечь на прилавки, а Мур был заинтересован в написании кроссовера Swamp Thing/Mr Monster.

alan_moore_part07_shocking_futures alan_moore_part07_twisted_times

Опытный читатель, впрочем, мог заметить, что между  Аланом Муром и его издателем, DC Comics, не все было в порядке. Мур больше не писал коротких комиксов и отказывался выступать в качестве гостевого автора. Будучи ранее очень плодотворным, Мур закончил работу над последним выпуском Swamp Thing приблизительно в то же время, что и сценарий для двенадцатого выпуска Watchmen. Сценарий для The Killing Joke был написан еще в 1985 году. Две трети V for Vendetta должны были состоять из репринтов материала, написанного для Warrior. Даже если сиквелу Watchmen не суждено было быть написанным, каким был новый большой проект сценариста, и почему  DC его не издавало?

Maxwell The Magic Cat
Maxwell The Magic Cat

Ответом на этот вопрос были разногласия между Муром и DC. В начале 1987 года Мур публично объявил, что больше некогда не будет сотрудничать с издательством.

Мур начинал работу над Watchmen, будучи в очень хороших отношениях с редакторами и ключевыми людьми в DC. Еще за год до публикации первого номера серии, вышедшего в мае 1986 года, в издательстве понимали важность нового проекта, гордо демонстрируя его всем, кто заходил в их офис (включая популярного автора Майкла Крайтона). Мур и Гиббонс вообще не были связаны какими-то ограничениями, получив доступ к всем ресурсам крупного издательства. Писатель и художник доверяли друг другу, DC доверяло им двоим. Гиббонс заметил, что пока он рисовал серию, DC никоим образом его не торопило. Зато редактору серии, Барбаре Рэндалл, пришлось попотеть. «Было чертовски много работы: права на музыку, издательские проблемы (вы не поверите сколько часов ушло на создание «скрепки» в те дни, когда Фотошопа и персональных компьютеров не существовало!), длинные телефонные звонки с Аланом, и, в основном, длинные звонки Дейву с поздравлениями, так как его работа была превосходна».

Барбара Рэндалл
Барбара Рэндалл

DC Алана всячески поощряли, пытаясь перезапусти всю свою линейку комиксов, сделав ее более привлекательной для нового пласта читателей. В 1986 году Джулиус Шварцман дал добро на написание Муром Whatever happened to the Man of Tomorrow?, чудесный старомодный комикс, который должен был стать последним в своем роде, поскольку издательство меняло направление основной серии, пытаясь сделать ее более взрослой. Ходили слухи, что Мур в связи с загруженностью на Watchmen отклонил предложение стать основным сценаристом Superman. Мур и Гиббонс обсуждали возможность совместной работы над антиподом Watchmen – веселой и легкомысленной серии Captain America. Последним питчем Мура для DC стал Twilight, также известный как Twilight of the Superheroes – мощнейшая серия, затрагивающая всю вселенную DC и всех ее героев. В ней должны были найтись роли для персонажей, придуманных Муром, таких как Джон Константайн и Согот Ят, и традиционных героев вроде Супермена, Бэтмена, Чудо-Женщины и прочих. Питч не датирован, но доказательства утверждают, что он был написан в конце 1986 года. Мур думает, что «Twilight был предложением в духе

Twilight Superheroes
Twilight Superheroes

Watchmen II… Это был большой такой кроссовер… Я думаю, что они все были обрадованы успехом Watchmen и… я думаю, мы вполне могли создать все, что пожелаем». Питч этот доступен для скачивания в интернете, и это, скажу вам, интересное чтиво. Во-первых, он действительно послужил основой для Kingdom Come Бьюсика/Росса – невероятной мощи эпика и одного из лучших супергеройских комиксов в жанре. Это видно из многочисленных совпадений в питче и комиксе. Во-вторых, даже в виде коммерческого предложения эта вещь выглядела чисто муровской- амбициозной, интересной, смелой, захватывающей. Вытяни он и, предположительно, Гиббонс эту серию, она вполне могла затмить Watchmen своей мощью.

alan_moore_part07_whatever_happened

Но в начале 1987 года Мур «начал осознавать, что DC не обязательно являются моими друзьями».

Большинство комиксов DC было онгоингами, герои которых были придуманы в тридцатые или сороковые годы. Множество диспутов возникало вокруг прав на владение этими персонажами, но издательство всех их считало корпоративной собственностью, самолично распоряжаясь правами на выпуск сторонних товаров по мотивам комиксов. Watchmen, в отличие от этих серий, был проектом, которым владели Мур и Гиббонс, и в котором использовались персонажи, принадлежащие их авторам. DC еще в 1982 и 1983 годах выпускало комикса по такой модели. Майк Барр и Брайан Болланд создали Camelot 3000, полностью владея всеми на него правами, а Френк Миллер сочинил Ronin, также полностью принадлежащий ему. Когда Мур начал работать на DC, издательство начало более активно поощрять авторов. В контрактах теперь появился пункт, согласно которому художник и сценарист теперь могли получать рояли в случае, если придуманные ими персонажи повторно где-то использовались. В 37 выпуске Swamp Thing дебютировал Джон Константайн – герой столь популярный, что ему не только отвели собственную серию, но и не закрывали ее пока та не доберется до 300 выпуска. Если бы Джона представили публике годом ранее, его авторы не получили бы ничего – ни роялти, ни отчислений с экранизации, ни денег с кроссоверов, ничего. Также авторов поощряли в случае, если их комиксы очень хорошо продавались. Художникам платили если их работы использовались для нужд компании, например, производстве постеров. Оригинальный арт возвращали создателю, а тот мог либо оставить его себе, либо продать готовым заплатить за рисунок фанатам.

DC дало «зеленый свет» производству Watchmen зная, что новое поколение читателей жаждало новых, более утонченных историй, было готово платить за них, и что лучшим способом производства таких комиксов было дать максимальную свободу их создателям, заодно как следует вознаградив их материально в случае успеха серии. Подписанный Аланом контракт на создание сценариев к Swamp Thing был обычным документом, это была работа по найму, оплачиваемая по окончании производства каждого конкретного сценария. Контракт Watchmen был сложным юридическим документом.

Camelot 3000
Camelot 3000

Разногласия между Муром и DC  начали возникать вскоре после публикации первого выпуска Watchmen летом 1986 года, и были довольно тривиальными. По контракту Мур и Гиббонс могли получать толику средств от продажи всевозможного мерчандайзa по Watchmen, но юристы DC оставили для себя небольшую лазейку: согласно ей издательство могло продавать «рекламные» товары, не выплачивая роялти создателям. Это было стандартной практикой. Таким образом покрывались расходы на распространение всякой мелочи, вроде значков или флайеров, в магазинах комиксов. Значки с изображением культового окровавленного смайлика пользовались невиданной популярностью, но некоторые магазины комиксов начали требовать за них по доллару за штуку, настаивая на том, что это была рекомендованная цена DC. И хотя значки теперь продавались, а не раздавались бесплатно, их все равно именовали «рекламными материалами», а не сопутствующими товарами. Мур и Гиббонс не получали ни цента с их продажи.

Отдел по продажам DC все еще настаивал, что значки были «рекламными материалами», а Мур и Гиббонс с этой интерпретацией были не согласны. Гиббонс написал письмо Полу Левицу, требуя справедливости. Левиц, сомневаясь в правоте авторов, все же согласился выплачивать по восемь центов с каждого проданного значка Муру и Гиббонсу.

Все решилось миром, но Алан больше не был уверен в своей позиции в издательстве. Этот случай показал, что какими бы не были его достижения, каким бы перспективным автором он ни числился, финальное слово в споре все же оставалось за издательством. Алан осознавал, что спор вышел дурацким, но счел нужным отстаивать свои права. Он посчитал, что издательству ничего не стоило оформить продажу значков легально, и в таком случае выплачивать дуэту создателей Watchmen всего по тысяче долларов за 25000 проданных значков. Но издательство не захотело этого делать, потеряв, в итоге, на Муре гораздо больше.

Перед этим Алан публично заявил, что доволен своим контрактом с DC. В сентябре 1986 года он и Гиббонс присутствовали на одной из конвенций, и так ответили на вопрос «На самом ли деле вы владеете Watchmen?»:

МУР: Я так это понимаю: в случае когда Watchmen закончится и DC в течение года не используют персонажей, они становятся нашей собственностью.

ГИББОНС: Они заплатили нам внушительную сумму…

МУР: … чтобы сохранить права. Так что, по сути, они нам не принадлежат, но если DC будет использовать персонажей в наших интересах, то они таким образом могут таковыми являться. С другой стороны если персонажи себя изживут и DC они больше интересовать не будут, то после одного года мы получаем права на них обратно и вольны делать с ними все, что пожелаем. Что меня безусловно радует.

alan_moore_part07_watchmen_toys

Эта практика, опять же, является всецело стандартной. В случае, если книга  хорошо продается, издатель владеет на нее правами. Когда же нужды в допечатках издания нет, то после обозначенного в контракте времени права на нее возвращаются автору. Чем являются «права» указано в каждом конкретном контракте. Контракт на Watchmen никогда не разглашался, но множество задействованных в переговорах лиц подтвердили, что DC практически полностью владеют всеми правами на комикс, что дает им право издавать его, использовать персонажей серии, публиковать сиквел, продавать сторонние товары, продавать лицензии на издания на иностранном языке, договариваться о книоэкранизации и телеэкранизации. Только к концу создания Watchmen Мур осознал, что «если DC будут вечно переиздавать комикс, права на него вечно будут принадлежать издательству».

Легко предположить, что история с правами на Watchmen является очередной драмой об артисте, подписавшем фаустовский контракт, не читая приписки мелким шрифтом. Мур, впрочем, всегда был человеком осведомленным об индустрии, и ее «огрехах», вроде эксплуатации интеллектуальной собственности выдающихся авторов. Читал ли он контракт? Гиббонс вспоминает, что «позвонил Алану как только получил контракт, чтобы обсудить его. Он сказал мне, что уже подписал его. Я внес незначительные изменения, в основном касающиеся начального перераспределения роялти, а потом также подписал его». Мур себе редко противоречит, но в течение лет он то называл контракт «выстраданной победой за права создателей», то документом, который он не потрудился прочесть. Мур оправдывается тем, что это был его первый контракт, который он видел собственными глазами, и что в то время само существование этого легального документа в индустрии было великой редкостью.

alan_moore_part07_watchmen_tpbСтоить заметить, контракт Мура ни в коем случае не был рабским, похожим на продажу всех прав на Супермена за 130$ или историей с наследием Джека Кирби. Многие предположат, что Мур все же оказался в  выигрышном положении. Когда графический роман Watchmen вышел в конце 1987 года, он быстро продался большим тиражом, чем  любой из выпусков одноименного комикса. Новая аудитория, которая даже не подумывала о прочтении комиксов или не желала методично собирать синглы, вдруг раскупала новинку невиданными темпами. Watchmen продавался в книжных магазинах, оставаясь на прилавках годами (по сей день, если быть точным). Американское издание сейчас в сороковой раз допечатано, плюс было выпущено очень много разных форматов комикса только для американского рынка (делюкс/черно-белое издание/абсолют/издание в твердой обложкке и прочие). Благодаря киноадаптации Watchmen был самым продаваемым графическим романом в 2009 году, но даже до пика интереса к серии, в 2007 году трейд серии все равно расходился стотысячным тиражом. В 2012 году вице-президент по продажам DC, Боб Уэйн, заявил, что трейд Watchmen был продан в количестве двух миллионов экземпляров только в книжных магазинах.

Контракт Мура гарантировал тому 4% роялти с Watchmen. В 1991 году Мур заявил, что «Watchmen принес мне сотни тысяч фунтов стерлингов», а позже утверждал, что серия «принесла мне миллионы, но также от миллионов мне пришлось отказаться». Перед тем, как был опубликован четвертый выпуск серии, права на фильм были выкуплены, и Мур и Гиббонс получили за это гонорар. Продюсер Дон Мерфи говорит, что Муру было выплачено 350000$, но Гиббонс говорит «мы получили толику этого на двоих». Первая попытка экранизации в итоге завершилась крахом, как и последующие, но когда в 2009 году Watchmen был уже снят, Муру полагались отчисления за адаптацию и сопутствующие товары, пусть он и передал свою долю прав Дейву Гиббонсу. Без денег Алан не остался – продажи серии подскочили благодаря рекламе фильма. Зато согласно контракту за сиквел серии, Before Wacthmen, выпущенный несколько лет спустя, он уже не должен был получить ни цента. Ситуация повторилась с экранизацией V for Vendetta: Мур отказался получить гонорар за экранизацию, отдав все деньги Дэвиду Ллойду.

Размолвка Мура и DC в таком случае произошла не из за денег. По крайней мере сценарист не считает, что DC утаивает от него прибыль.

alan_moore_part07_beforewatchmen

Также она не считается юридической. В течение времени многие авторы подавали в суд на своих издателей. Во многих случаях проблема была одна и та же: некая вещь оказалась более выгодной в долгосрочной перспективе, чем предвещалось, и была адаптирована для медиа-каналов и рынков, существующих в зачаточном состоянии на момент создания заключения контракта. Я знаю, вам сейчас нестерпимо хочется зевнуть, но позвольте мне продолжить. Это важно. Проблема состоит в том, что язык, которым были написаны эти контракты, был уклончивым, а многие считающиеся неотъемлемыми черты героев были созданы значительно позже другим авторским alan_moore_part07_action_comicsсоставом. Так, например, Джо Сигел и Джерри Шустер создали стрип Superman, выпущенный в первом номере Action Comics. В этом номере впервые был показан Супермен, но ни фигурировали ни логотип героя, ни Daily Planet, ни Криптонит, ни Смоллвиль, ни Пещера Одиночества, ни Лекс Лютор, ни Джимми Олсен, ни Лоис Лейн, ни Супергерл, ни Супербой. Супермен в первом выпуске стрипа не мог летать, не имел лазерного и теплового зрения. Так правами на какие же их этих элементов владеют обладатели «прав на Superman»?

Мур знал о диспуте за права на Superman еще до того, как написал свой первый сценарий. И до того, как начал работать на DC. Юридические тяжбы заставляют Алана чувствовать себя некомфортно, что так и хочется отнести на счет его классового воспитания и анархистской натуры. Он инстинктивно не доверяет системе. С другой стороны нельзя не предположить, что Алан в курсе того факта, что пожелай он пойти против DC крестовым походом, не только он, но и его внуки все еще будут судиться с ордой адвокатов издательства (и на это запросто может уйти все оставшиеся у него сбережения).

Сколько существует индустрия, существуют люди, идеально совмещающие в себе два таланта – креативный и деловой. Люди, вроде Уилла Айснера, отправившегося на войну рядовым, а вернувшимся с нее обеспеченным бизнесменом, или Стэна Ли, десятилетиями умеющего улавливать малейшие изменения в трендах и желаниях покупателей комиксов. В восьмидесятые же годы стали появляться новые авторы, такие как Дейв Сим и Френк Миллер, Нил Гейман и Тодд МакФарлейн. Они заключали сделки, четко следили за юридическим аспектом своей работы, устраивали дрязги с издательствами и не стеснялись чуть что звонить своему адвокату.

Мур к таким авторам не относился. Следует понять, что, как сказал Стивен Биссетт, «Алан ненавидит бизнес». Это не означает, что он наивен или находится в неведении относительно целей издательства. В своих питчах он упоминает потенциал для продажи сторонних товаров или же предлагает план по увеличению продаж серии его или других комиксов, но все это написано в виде намеков на то, что всерьез заняться этим придется кому-то другому. Он пишет комиксы, он рад дать интервью, он умеет складно говорить, но маркетинг серий, юридические переговоры, улаживание споров относительно прав не являются его работой. Именно на это уходят остальные 92 процента от продаж его работ.

На тот момент когда он подписывал контракт, Мур полностью доверял DC и тому, что в договоре утверждалось, так что можно смело утверждать, что спор с DC у него вышел не из-за мелкого шрифта в документе. В 2011 году, после почти тридцати лет спора, Мур таки с помощью адвокатов вынудил издательство вновь показать ему текст контракта, и даже потребовать внесения в него некоторых изменений.

Учитывая, что он заработал миллионы долларов, что DC выполнило все контрактные обязательства, что его работой в итоге смогли насладиться больше человек, чем он когда либо мог себе представить, в каком смысле Мур был обманут? Возможно, самым простым ответом будет: он не был обманут; он просто упрям и иррационален. В 2012 году Лен Вайн, редактор первых выпусков Watchmen, сказал: «Я думаю, Алан выработал в течение лет свой собственный образ мышления, который ничего общего с правдой не имеет… и как-то однажды решил, что DC его предало».

Да вот только Мур верит, что он и Дейв Гиббонс владеют кое-какими правами на серию. Он верит, что контроль над Watchmen давно должен был перейти в их руки, и что злоупотребление издательством правами на издание серии не соответствует духу подписанного им соглашения. Учитывая, что DC вполне легально имеет право на издание Watchmen, Мур просил, чтобы издательство как минимум его уважало. Позиция Мура такова: DC постоянно принимало деловые решения, идущие вразрез с его четко выраженными пожеланиями до такой степени, что он, порой, принимал их за злой умысел. Издатель, само собой, такое обвинение отрицает.

Также Мур постоянно упоминает о своего рода «интеллектуальном грабеже», постоянном эксплуатировании своих работ:

Это трагедия. Комиксы, вдохновлявшие меня когда я был ребенком, были полны новых идей. Они не нуждались в каком то англичанине, говорившем им как нужно поступать и что делать. У них было полно своих идей. Но в наши дни у меня появляется чувство, что  комикс индустрия роется в моем помойном ведре, точно еноты темной ночью. Неплохая картина, да? А ведь (мои) идеи даже не были хорошими. Бога ради, придумайте что-то сами! Это не так уж сложно.

alan_moore_part07_hellblazerМур, конечно, к списку жалоб со временем добавил несколько пунктов, и мало кто уже способен понять, какие их них когда возникли, в результате чего появились и может ли Алан их вообще обосновать. Часть из них несомненно была справедливыми претензиями (Бога ради, да труп Watchmen все не оставят в покое даже сегодня, эксплуатируя идеи тридцатилетней давности вместо того, чтобы придумать свои – в этом плане праведный гнев Алана понимаешь и принимаешь), но иногда Мур делал заявления, основанные не на фактах, а на эмоциях. Взять хотя бы его фразу «я чувствую себя слега подавленным и использованным, в том смысле что я возродил целую линейку оккультных комиксов». DC и правда на волне успеха Swamp Thing запустили сразу несколько новых серий в схожем ключе, часто используя знакомых всем персонажей. Этого не случилось в 1987 году, когда Мур покинул издательство. Уже пару лет спустя и с благословения Мура некоторые авторы начали работу над новыми сериями, вдохновленными как Swamp Thing, так и талантом Мура. Преемник Алана на Swamp Thing, Рик Витч, был другом Мура и ранее рисовал комикс. Мур подбодрил Джейми Делано когда тот создал питч серии Hellblazer, чей первый выпуск вышел в январе 1988 года. Еще один друг, Нил Гейман, создал Sandman, дебютировавший в январе 1989 года. Импринт Vertigo выпустил первые свои комиксы в 1993 году, включив в себя все вышеперечисленные серии, и начав новые. Линейка при этом состояла из множества работ, наподобие Sebastian O или Enigma, не опиравшихся на работу Мура.

Watchmen продолжал отлично продаваться, а обида Алана на DC продолжала расти. Важно понимать, что недовольство Мура стратегией издательства начало расти еще до того, как его комикс обрел успех. Это легко доказать: Мур расстался с DC еще до того, как Watchmen был завершен, не говоря уже о издании серии в формате графического романа. Мур публично говорил о размолвке в феврале 1987 года, за десять месяцев до выпуска трейда серии. Изначально Мур в качестве проблемы указывал на планы DC по изданию Watchmen и публикации трейда до тех пор, пока на него будет спрос.

Позицию DC лучше всего обозначил Лен Вайн: «Не наша вина, что комикс продолжает продаваться». Когда Мур подписал контракт с DC в 1984 году, ни в одном книжном магазине не было секции «графические романы», а бизнес модели издателей комиксов не опирались на продажи коллекционных сборников своих серий. На тот момент рынка для продажи и приобретения сборников комиксов просто не было, и Мур знал об этом. Но рынок изменился, и эти изменения стали поводом для бесконечных дискуссий как для людей, занятых в индустрии, так и для фанатов. Многие авторы заметили, что новый подход к изданию комиксов может быть выгодным.

alan_moore_part07_the_spirit

Самыми видимыми были изменения, произошедшие с самим «графическим романом». Уилл Айснер, пионер жанра и автор прорывного стрипа The Spirit, придумал этот термин в 1978 году чтобы продать свой комикс A Contract With God издателю Bantam. Оскар Дистель, редактор Bantam, идею отверг, но Айснер все равно опубликовал комикс, разошедшийся немалым тиражом и способствующий развитию бизнес-модели дистрибуции своих работ, которой Уилл придерживался до самой смерти. В том же году Пол Галаси и Дон МакГрегор создали комикс Sabre, доступный только покупателям в комикс-магазинах. Успех Sabre привел к образованию Eclipse.

Первые графические романы были относительно тонкими изданиями, напечатанными на деньги автора, и распространяемые на конвенциях (часто их рекламировали исключительно в фэнзинах). В начале восьмидесятых Marvel и DC начали публиковать работы, являющиеся графическими романами, но в которых были использованы популярные герои их уже знакомых серий. Так были изданы God Loves, Man Kills и The Hunger Dogs, бывшие частью эпохального Fourth World Джека Кирби. Все это были новые истории. Даже серии, вроде Camelot 3000 или Ronin Френка Миллера не создавались с расчетом на публикацию их в виде отдельного графического романа. Если кто-то хотел их прочесть, ему нужно было караулить прошлые выпуски. Магазины комиксов выделяли большую часть стендов для продажи вышедших несколькими месяцами ранее номерам комиксов специально для того, чтобы покупатели могли «догнать» серии. Часто фанаты переплачивали за особо ценные номера, которые они имели неосторожность игнорировать. Например, в Groo Серджио Арагонеса и Марка Эванира публиковалась секция с письмами, где множество людей умоляло издателя и редактора серии выслать им прошлые номера или хотя бы скоординировать их поиски особо ценных выпусков, как правило самых первых. Ronin был издан в 1983 году,но репринт в формате трейда вышел только четыре года спустя на волне интереса публики к работам Миллера. Camelot 3000 так и вообще был собран под одной обложкой только пятнадцать лет спустя после публикации первого номера. Часто издавались дайджесты комиксов, в которых были собраны первые номера отдельных серий, но изданием новых выпусков серий никто не занимался. Купить, скажем, последние шесть выпусков X-Men в формате трейда было невозможно.

Fourth World
Fourth World

Мур рассчитывал, что двенадцать выпусков Watchmen будут изданы, проданы, и на этом все кончится. На момент подписания им контракта не было ни единого прецедента, указывающего на обратное. Он, Гиббонс и DC были уверены, что в течение года все права на серию вернутся ее авторам. Но рынок и индустрия

Дэйв Сим
Дэйв Сим

менялись. Катализатором перемен выступил канадский художник и сценарист Дейв Сим, создатель и издатель независимой серии комиксов Cerebus The Aardvark. Сим в течение многих лет публиковал тонкие сборники прошлых выпусков за свой счет, но обнаружил, что не может поддерживать спрос предложением, да и счета за отпечатку томов были высоки. В 1985 году DC, заметив бешеный успех Cerebus, начали ведение переговоров с Симом об издании ранних выпусков в формате графических романов. Дейву предлагали сумасшедшую сумму в 100000$ и десять процентов в виде роялти от продажи мерчандайза по мотивам серии. Сим был не готов потерять контроль над своей интеллектуальной собственностью, и предложение отверг. Вместо этого он придумал и организовал продажу толстых сборников Сerebus в мягкой обложке, содержавших по двадцать пять выпусков. Такой сборник легко было допечатывать. Сим опубликовал первый из шестнадцати томов серии, High Society, в июне 1986 года. Убрав посредника, Сим заработал свыше 150000$ в течении считанных недель. Он стал чемпионом самиздата, активно поддерживая коллег и поддерживая независимых авторов, издав в конечном счете толстый гайд по публикации собственных произведений.

alan_moore_part07_cerebus_vol1

Большая двойка усвоила данный им урок: рынок для сборников-коллекций вышедших недавно комиксов существовал. В октябре 1986 года был издан отдельным графическим романом Dark Knight Returns, предисловие к которому написал Мур. alan_moore_part07_dk_returnsКогда Watchmen близился к завершению, идея о том, что комикс сможет обрести жизнь в новом формате, обрадовала его сценариста. Когда стало понятно, что существовал рынок, смеющий подарить Watchmen в новом формате долголетие, Мур предположил, что он и Гиббонс смогут договориться с DC о пересмотре их контракта. Имеются сведения, утверждающие, что в неформальной обстановке эта идея уже обсуждалась, но детали ее остаются неизвестными. Мур считал, что между ним  и издателем было заключено джентльменское соглашение, согласно которому права на комикс перейдут к нему в течение трех лет.

И в некоторой степени Лен Вайн неправ. DC неслучайно оказались в ситуации, когда люди покупали Watchmen в формате книги, а не комикса. Рекламный департамент уже успел убедиться в спросе на индивидуальные выпуски серии. Да, верно, что никто в DC даже помыслить не мог о ситуации, когда Watchmen оставался бестселлером спустя тридцать лет после релиза. Но права на экранизацию были выкуплены осенью 1986 года, так что разумно было предположить о сценарии, в котором серия будет стабильно продаваться несколько лет. Серию планировалось собрать в трейд еще за год до того, как это в действительности случилось, заключив договор с дистрибьютором Warner books. Watchmen все еще продавались, Мур и Гиббонс не получали прав на комикс обратно, и все это было абсолютно легальным, в соответствии с подписанным авторами контрактом. Согласно Муру «похоже, что нас наказали за то, что мы сделали исключительно хороший комикс».

Для Мура ситуация с правами на Watchmen не была связана с юридическими вопросами или финансовыми. Трагедия осознания Мура «DC не обязательно являлись моими друзьями» заключалась в том, что он искренне верил в то, что они ими были.

Когда Мур работал в DC, он был счастлив. Его идеи ценили, его уважали, ему подарили возможность заниматься любимым делом, получая достойную оплату. Его познакомили с идолами его детства. Мур был уверен, что в DC он обрел все, о чем мог мечтать, работая на Warrior.

alan_moore_part07_comedian

Разногласия между сценаристом и издательством положили конец идиллии. Остро встал вопрос сиквела Watchmen, обещающего быть невероятно прибыльным. Материалы, собранные комикс-журналистом Ричем Джонсоном, указывают на то, что редакторской командой DC были отобраны несколько авторов для работы над спин-оффоми мега-популярной серии. Энди Хелфер должен был заняться производством The Comedian in Vietnam. Барбара Рэндалл, редактор Watchmen, предупредила Мура и Гиббонса об этом, те запротестовали, и серия была отменена. Летом того же года Дейв Гиббонс в интервью упомянут о желании DC создать приквел Rorchach’s Journal, написанный Майклом Флейшнером, и The Comedian’s War Diary. Гиббонс идеей впечатлен не был, равно как и Мур, выражавший свое недовольство публично. «Я действительно чувствовал, что работа, которую мы проделали над Watchmen, была особенной. Я уважаю эту работу. Я не хочу, чтобы ее проституировали. Это всегда было моей позицией. Я не хочу, чтобы ее использовали в своих интересах, произведя ряд дешевых книг, ни в какое сравнение не идущих с оригиналом Watchmen, и это все равно бы не сработало, потому что комикс невозможно разобрать на части. Те герои работают только потому, что являются ансамблем. Комикс только о Докторе Манхэттене был бы действительно скучным. Комикс только о Роршахе был бы попросту жалким».

Джонсон цитирует Майка Голда, бывшего тогда младшим редактором DC: «Конечно было множество обсуждений возможных сиквелов. Многие – определенно, Барбара, но и другие люди – считали, что продолжения будут эстетически противоречащие. Конечно, именно по этому мы работали редакторами, а не продавцами. И многие люди считали, что Алан поднимет бунт. Все из нас, кто работал с ним, включая меня, совершенно точно знали это. После того как он громко и красноречиво отреагировал на какой-то маркетинговый трюк, вы должны были жить в Мире Бизарро, чтобы думать, что он не возопит в небеса, сделай DC нечто относящееся к Watchmen без его ведома. И уж точно он не хотел (DC) подыгрывать». Джонстон также утверждает, что DC задумало издать сиквелы именно в ответ на претензии Мура к отделу рекламы и продаж.

На прошедшем в конце декабря 1986 года Мид-Охайо Комик-коне Френк Миллер узнал о намерениях DC  создать новую рейтинговую систему для оценки содержимого комиксов. Все работы теперь должны были разделяться на три категории: для всех читателей (Universal), для взрослой аудитории (Mature), и только для взрослых (Adult). К системе прилагался гайд, в котором очень подробно было изложено, какие нормы отныне не должен был нарушать автор, если не хотел заработать увеличение возрастного ценза для своего комикса. Миллер быстро поделился новостью с коллегами, а также лично позвонил Муру. Алан позвонил Рику Витчу, который помнит «когда Алан услышал об этой новости, он буквально сдетонировал. Я все еще помню о его телефонном звонке, и, боже, до чего он был зол! По-настоящему рассержен! Он воспринял (эту идею) как нечто персональное».

С учетом того, что многие комикс-авторы начинали в андеграунд-журналах, неудивительно, что им претила сама мысль, сама абстрактная концепция цензурирования. Все они опасались повторения ситуации, образовавшейся в пятидесятые годы.

Были те, кто понимал, что консервативные жители Америки рано или поздно обратят свой взор на стремительно растущую индустрию комиксов, и явно не будут рады царящим там свободам. Когда же это случилось, то к удивлению большинства авторов никто извне небольшой (по сравнению с, например, нефтяной) индустрии особо и не хотел как-то ограничивать права создателей комиксов. Одно шоу заявило, что X-men являются порнографией, да один владелец магазина комиксов, Бадди Сондерс, написал письмо крупнейшему дистрибьютору комиксов, Diamond, в котором выразил беспокойство относительно отсутствия системы маркировки синглов, сумеющей бы обозначить, какие из серий были предназначены для детей, а какие нет. В письме Бадди указал на девятый выпуск Miraclman Алана Мура, заметив, что сцена с деторождением может шокировать читателей.

  Diamond в лице основателя и президента компании, Стива Геппи, ответил так: «Мы не цензоры. Мы не более вашего хотим, чтобы нам кто-то что-то указывал. Но в то же время мы не можем оставаться в стороне, стоять и смотреть как рынок становится свалкой всяких нецензурных фантазий. У нас есть индустрия, которую нужно защищать».В течение нескольких недель после этого заявления DC приняли новую рейтинговую систему.

alan_moore_part07_the_comics_journalВсе фрилансеры и авторы быстро сошлись во мнении, что это было неприемлемым. Мур и Миллер выступили с протестами. Мур сказал «Я считаю, что цензура – это плохо, точка. Это нечто, чему я противостою. Я верю, что нет в мире ничего непроизносимого. Это не информация опасна, а отсутствие информации». В интервью The Comics Journal, журналу, предоставившему наиболее полное освещение проблемы цензурирования в индустрии, Мур сообщил о своем видении этой проблемы и собственных, несгибаемых взглядах (так, он заявил, что не стал бы протестовать против доступа детей к порнографии).

Мура волновали технические аспекты новой системы. Он с радостью признавал, что существовали комиксы для детей, но в то же время множество комикс-героев находились в некоей «серой зоне» — например, Бэтмен. Алан сразу выразил озабоченность, что его в то время находящийся в производстве The Killing Joke изменят без его ведома или DC каким-то образом  помешает его продажам (возможно, нацепив на него ярлык «комикс для взрослых»). Мур верил, что существует разница в том, что касалось работы над сериями. Что было неприемлемым менять правила производства комиксов тогда, когда некоторые серии все еще находились в разработке.

За несколько недель до этого Мур сказал: «Я не имею ничего против рейтингового кода, сообщающего описание содержимого комиксов… «Для взрослых читателей» или «Тут полно сисек и кишок», или что-то в таком духе. На самом деле эта идея даже кажется мне привлекательной. Но это описания, а не цензура». , вроде бы, это и предлагали. Но кардинальной разницей, как считал Мур, было решение издательства не оценивать завершенную работу согласно ее содержанию, а извращать задумки авторов, пытаясь втиснуть их в уже созданные категории. Ключевым вопросом был «кто сторожит стражей?» — кто будет решать, что в какую категорию попадет и кто будет решать, что приемлемо для публикации, а что нет? Всех создателей комиксов (и как позже выяснилось редакторов) о создании системы уведомили уже постфактум. После месяцев пререканий с редакторами DC Мур уже не был в состоянии доверять способности компании принимать столь важные решения.

Очевидно, что содержание комиксов, впрочем, стало куда более взрослым. В целом продавцы и владельцы магазинов комиксов были людьми весьма осведомленными о сериях, которые продают. Зато иные люди, вроде того же Бадди Сондерса,  могли заказывать серии, прочтя о них всего один параграф описания из рекламного памфлета. При этом все комиксы поставлялись в магазины без возможности их возврата дистрибьютору. То есть заказавшие по ошибке более взрослые серии, владельцы магазинов комиков были вынуждены продавать их частями, терпя убытки. Сондерс утверждал, что если в случае с Swamp Thing ему еще было легко понять, стоит ли заказывать серию для продажи и какой именно целевой аудитории, то в случае с перезапущенными Blackhawk и Green Arrow, чьи герои внезапно стали злыми, мрачными и жестокими, он не мог так легко сориентироваться без необходимого в такой ситуации гайда или рейтинговой системы.

Мур и Миллер теперь создали петицию против нововведений DC, и опубликовали ее в февральском номере The Comics Buyers Guide за 1987 год. Когда сценарист и редактор Марв Вольфман оказался среди двадцати четырех авторов, подписавших ее, DC освободили его от занимаемой им должности.

alan_moore_part07_the_comics_buyers_guide

В конце 1986 года Мур и Гиббонс встретились с президентом издательства, Джанетт Кан, и кинопродюсером Джоэлом Сильвером в Лондоне для обсуждения экранизации Watchmen:

Это случилось в конце нашего партнёрства с DC… когда мы встретились с Джоэлом Сильвером и Джанетт Кан. Насколько я помню, мы сидели в лобби какого-то отеля. Сперва мы встретились с Джанетт Кан. Джоэл Сильвер должен был присоединиться к нам. И в то время как мы ожидали его визита, Джанетт Кан сказала, что они обсуждают возможность создания приквелов Watchmen, включая тот, который должен был написать Энди Хелфер. Я думаю, кто-то еще должен был писать Comedian in Vietnam. А затем она сказала «конечно, нам бы не пришлось этого делать, работай вы на нас». И я замолчал, обдумывая услышанное. Я думаю, Дейв Гиббонс сказал: «Ну, меня заверили, что вы в любом случае этого не сделаете», и она, кажется, приняла это. Но я думал «вы только что мне угрожали, я знаю, чем это было. Я не знаю, можете ли вы сделать это или нет, но вы только что угрожали мне, и это не тот способ, которым я хочу вести деловые отношения»… мы ушли, как только встреча закончилась, и, да, это и была одна из причин, по которой я оборвал вся связи с DC вскоре после этого.

Говоря Муру о том, что издательство может выпустить сиквел Watchmen  без его ведома, Кан дала понять Алану о смене его роли в компании, но это не обязательно свидетельствовало о намерениях Кан угрожать Муру. Он, впрочем, расценивал это именно так: «Я на самом деле очень, очень, очень плохо отношусь к угрозам. Я не терплю, если кто-то угрожает мне на улице; я не буду терпеть, если кто-то будет угрожать мне в любой другой ситуации. Я не буду терпеть любого, кто будет угрожать моему искусству и моей карьере, и вещам, которые настолько же важны для меня, как и они».

alan_moore_part07_swamp_thing_68Более всего Мура огорчал факт, что ситуация с DC повторяла аналогичную с Marvel, грозившую судом за использование имени корпорации. Что DC, поощряющие его личные качества и ценящие его талант, в итоге уделяли больше внимание тому, что было юридически правильным, чем тому, что было честным. Отстаивающая права Алана компания, защитившая Swamp Thing от цензоров, теперь сама обращалась в корпорацию, стремящуюся нивелировать некоторые права творцов. Также радости Муру не добавлял тот факт, что Swamp Thing №64, вышедший в сентябре 1987 года, продался тиражом в шесть раз превышающим дебютный выпуск.

К сожалению, Алан жил в Англии, и с коллегами, редакторами и адвокатами общался только по телефону. Все остальные авторы, вроде того же Миллера или Чайкина, жили в окрестностях Манхэттена, часто собираясь, выпивая и обмениваясь новостями. Редакторы и авторы часто встречались после работы, тесно общались и знали имена членов семей коллег. Все насущные вопросы решались в любимых барах или ресторанах, когда ключевые люди в индустрии собирались вместе. Так разрешился и спор относительно цензуры: на Комик-коне, проходящем в Сан-Диего в августе 1987 года Чайкин, Миллер и Дик Джиордано уже объявили о разрешении спора между издательством и авторами. Мур в это время жил в Нортхэмптоне, кормясь слухами, обрывками информации и слухами, и, как он сам признает, «полагался на информацию, полученную от кого-то».

Интервью Дика Джиордано, данное  The Comics Journal, позволяет пролить свет на еще одну грань проблемы с Watchmen (курсив мой): «Мы думали, что создание рейтинговой системы является приемлемым маркетинговым средством. Мы думали о нет только как о таком средстве… мне казалось, что это было простое маркетинговое средство, и я был удивлен эмоциональным откликом, которое оно получило». Существует множество подтверждений тому, что DC считало Watchmen хорошим комиксом, но только благодаря мощи рекламного отделения издательства он смог заработать свою репутацию и обрести успех.

Мур выразил свое отвращение по поводу намеков DC на то, что издательство связывает успех Watchmen и Dark Knight Returns с форматом комиксов, а не заслугами их авторов:

Если не энтузиазм множества авторов, десятками лет инвестирующих его в, скажем, Batman, то что хорошего в Batman?… какой-то мужик, рядящийся в летучую мышь чтобы сражаться с преступностью. И, ну, это ведь не Толстой, верно? … Я помню, что рекламный отдел DC утверждал, что только благодаря формату Dark Knight #1 обрел успех. Ни арт Френка, ни сторителлинг, ни покраска Линн, ничего такого. Его сделала успешным единственная контрибуция от рекламного отдела DC, которая обозначала размер книги и качество бумаги, на которой она печаталась.

С точки зрения простого наблюдателя, формат действительно играл роль в популярности комикса Мура. В 1986 году обычный комикс стоил 75 центов. Watchmen печатался на высококачественной бумаге и стоил полтора доллара. Dark Knight с его глянцем так и подавно стоил 2.95. Маркетинговый отдел не только нашел способ вчетверо поднять цену на комикс, но и повысить его продажи. Оверсайз-комиксы, вроде того же The Killing Joke, издавались в новом квадратном формате, вскоре названном Prestige Format. Вместо того, чтобы жаловаться, фанаты комиксов активно скупали репринты таких комиксов, предпочитая платить за качество издания, а не охотиться за давно раскупленными синглами. Так что да, Мур, может, и написал хороший комикс, но DC нашли способ вдвое поднять на него цену.

alan_moore_part07_dc_comics_75yearsНо действительно ли ключевые люди в DC считают успех Watchmen заслугой исключительно рекламного департамента? Пол Левиц проработал в издательстве сорок лет. Он был исполняющим обязанности вице-президента на момент выпуска Watchmen, а с 1989 до 2002 года числился издателем, а затем уже и президентом компании с 2002 до 2009 года. Его энциклопедия 75 years of DC Comics: The art of modern mythmaking в таком случае является наиболее полно раскрывающей политику издательства в тот период. И описание в энциклопедии Watchmen таково, что формату комикса там уделено в три раза больше места, чем содержанию.

Эта версия событий и это заявление Левица таким образом прямо противоречат заявлению Лена Вайна, сказавшего, что это не вина DC если Watchmen продолжает хорошо продаваться, подчеркивая участие издательства в рекламной кампании. Вайн, еще один ветеран DC с сорокалетним стажем, весьма красноречиво заметил: «Я в курсе относительно (материальных) наград Алана за то, что он был частью исходного процесса, и с радостью поменялся бы с ним местами». Позиция Мура такова, что он считает себя и Дейва Гиббонса чем-то большим, чем «частью процесса». «Нам (с Дейвом) досталось 8 процентов с продаж Watchmen. Эти восемь процентов позволили нам купить дом, машину, бесполезный сломанный музыкальный проигрыватель, пылящийся в углу, и прочее. Поначалу тебя этот денежный дождь сбивает с толку… ты думаешь «это чудесно, теперь у меня столько денег, сколько никогда в жизни не было! Что это за люди такие, что продолжают слать нам чеки с роялти». А потом ты думаешь, погоди-ка, восемь процентов из ста оставляют нам девяносто два процента. И это, насколько я понимаю, плата, которую DC получает за вставку ошибок в Watchmen и своевременную печать комиксов. В одном случае они обрезали кусок «пузыря с текстом», исключив одно слово, и весь смысл фразы был потерян. Я не хочу опять причитать, но мы почти ничего не получаем с продаж сопутствующих товаров.  Мы получаем лишь частицу от общей прибыли».

Мур верит, что усилия рекламного отдела DC в конце восьмидесятых оказали негативное влияние на индустрию. Когда первая волна «графических романов» возымела успех, DC, не задумываясь о долгосрочных последствиях, начали нещадно эксплуатировать новую форму, что в итоге привело к драматическому снижению качества публикуемой продукции и общему негативному отношению к термину в частности.

DC в свою очередь пошли на уступки. Издательство отменило рейтинговый план, вместо этого начав ставить ярлык «для взрослой аудитории» на все комиксы, содержащие сцены насилия, наготу и употребление наркотиков. Также было объявлено, что эта мера ни в коем случае не повлияет на производство самих работ, а о решении, ставить ли ярлык или нет, будут договариваться редактор конкретного издания и его создатель/группа создателей. Миллер, Вольфман и Чайкин согласились продолжить работать с DC. Мур отказался.

В том же месяце Дейв Гиббонс заявил, что он и Мур «теперь имеют подтверждение DC», утверждающее, что героев Watchmen издательство использовать не будет, разве что сами Алан и Дейв захотят поработать с ними вновь. План издать Minutemen также был отложен. Эти же факты подтвердил Дик Джиордано в интервью The Comics Journal. Мур сказал, что «ему предлагали более прибыльные сделки», что могло означать обещание DC увеличить долю роялти сценариста в будущих проектах, а не пересмотрение нынешнего контракта. Неудивительно, но Мура такое предложение возмутило.

Так почему же DC позволило Алана Муру расторгнуть отношения с издательством?

alan_moore_part07_sandman

Интересный факт: каких-то предписаний, запрещающих возвращаться к уже подписанному контракту и вносить в него изменения, у DC не существовало. Незадолго до возникновения спора вокруг Watchmen такие правки были внесены в контракт Френка Миллера, касающийся Ronin. Чуть позже компания согласилась пересмотреть контракт Нила Геймана на Sandman. Все, чего хотели Мур и Гиббонс – подписание аддендума к оригинальному контракту. Когда стало известно о планах DC бесконечно выпускать трейд Watchmen, это все, чего хотели авторы. Именно авторы, подчеркиваю – многие часто забывают, что не только Мур, но и Гиббонс активно отстаивал свою позицию. Спустя несколько лет Гейман предложил всем заинтересованным сторонам принять новые условия договора, на которых был основан его контракт Sandman, и Мур согласился, но DC ответило категорическим отказом.

Дик Джиордано, говоря об уходе Миллера и Мура, заметил: «Нам будет не хватать этих творческих людей… нам точно будет не хватать прибыли, которую мы получаем с продаж работ Алана, потому что все, что он для нас сделал, продается очень, очень хорошо». Мур, впрочем, не существовал в вакууме, и не был единственным автором, способным продавать книги благодаря только своей репутации. Swamp Thing и Watchmen тогда не были главными бестселлерами издательства. The Man of Steel – мини-серия 1986 года за авторством Джона Бирна – продавалась в пять раз лучше Watchmen.

alan_moore_part07_frank_miler

Бирн был очень популярным автором в восьмидесятые годы. Став знаменитым как художник X-Men, он вскоре занял должности и сценариста, и художника Fantastic Four, здорово освежив серию. DC наняло его специально для перезапуска Superman, заплатив за работу над ключевым героем издательства два миллиона долларов. В 1985 году, когда компании исполнилось пятьдесят лет, DC решило перезапустить все свои линейки комиксов, бесцеремонно оборвав связи с большинством авторов-фрилансеров, работающих на него десятилетиями. Индустрия очень быстро менялась, и находились те, кто не был в восторге от «золотого мальчика» Мура. Бирн симпатий к Watchmen не питал: «Меня это не впечатлило. Мне понравился арт Дейва Гиббонса, но я счел сюжет (если его вообще можно так назвать) невероятно скучным, и когда я добрался до откровения, извещавшего о том, что Роршах был безумен еще до того, как надел маску, я сдался. Все это было слишком негативным и отдавало нигилизмом, и полностью противоречило тому, чем должны были являться супергерои. Это как использовать бейсбольную биту, чтобы бить людей по голове. Конечно, вы МОЖЕТЕ это делать, но значит ли это, что вы ДОЛЖНЫ?».

Относительно The Killing Joke Бирн высказался так (курсив мой): «The Killing Joke это мастурбация на тему самовосхваления, в которой писателю, который вознесся над редакторским контролем, позволили изложить собственное «видение» персонажей без учета их прошлого и будущего».

Бирн не был редактором DC, но нетрудно предположить, что были среди ключевых людей в издательстве и те, которые были обеспокоены возможностью некоторых сценаристов и художников быть настолько независимыми, что им бы позволялось не только иметь огромную власть над творческим процессом создания комиксов, но и существенно изменять выстраивающиеся в течение десятилетий ориджины героев. Ситуация с продажами The Dark Knight также показала, что Миллер, возможно, и всколыхнул новую волну интереса к Batman и новому формату историй о Страже Готэма, DC без проблем удавалось продавать множество других серий о герое вне зависимости от того, кто их писал и рисовал.

Marshall Law
Marshall Law

DC могло позволить себе потерять Мура потому, что он уже показал им путь, который издательству следовало бы выбрать. Было очевидным, что его ревизионистский подход к созданию Watchmen  и Miracleman и был новым золотым стандартом, который требовалось учитывать теперь при создании новых работ. И пусть сам Алан желал двигать индустрию дальше, DC хотело лишь выжать максимум из тренда.

Также издательство быстро смекнуло, что помимо Мура в Англии должны существовать иные авторы, поэтому отрядило Карен Бергер на охоту за ними. Бергер так отзывалась о британских авторах: «Я нахожу их чувственность и взгляд на вещи освежающе иными, более умными, более резкими. Британские авторы… подняли комиксы на новую высоту». Карен быстро наняла Нила Геймана, Гранта Моррисона, Алана Гранта, Джейми Делано, Бретта Юинса, Питера Миллигана и Гарта Энниса. Всем этим авторам, следившим за карьерой Мура, было поручено то же, что и самому Муру на старте его работы над Swamp Thing: взять старую серию и перизобрести ее. Авторы «британского вторжения» работали над The Sandman, Black Orchid, Animal Man, Doom Patrol, Shade the Changing Man. Многие из этих авторов были куда младше Мура – так, например, Гарту Эннису на момент подписания контракта с DC было двадцать лет. Более опытные и старшие авторы, вроде Пэта Миллса, Стива Паркхауса или Джона Вагнера заказов почти не получали, зато Marvel однажды поставило на Миллса и Кевина О’Нила и не прогадало, издав их чудесный Marshall Law – чудовищную сатиру над супергероями, которую затмить может только Nextwave Уоррена Эллиса. И DC и Marvel интересовали не только сценаристы. Художники Йен Гибсон, Алан Дэвис, Стив Диллон и Саймон Бисли также были наняты, а в середине девяностых годов, во время второй волны рекрутирования британских талантов, издательства открыли миру имена Уоррена Эллиса, Марка Миллара и Брайана Хитча. Трендом стало создание комиксов чисто британскими авторами – в середине девяностых большинство хитов создавали либо команды, состоящие только из англичан, либо как минимум одним из авторов-британцев.

alan_moore_part07_shade_01 alan_moore_part07_shade_02

Бергер как могла упрашивала Алана передумать, но хотя Мур очень ее уважал и любил, он был не в настроении прислушиваться к советам друзей. Разразись диспут годом ранее, возможно, обе стороны нашли бы удовлетворяющий их компромисс, но в 1987 году шансов на это не оставалось. В начале двухтысячных возник намек на возобновление деловых отношений между Муром и издательством, но он был скоротечен. DC продолжает публиковать все работы Мура, созданные для издательства: Watchmen, V for Vendetta, The Killing Joke, Swamp Thing. И каждый из этих комиксов до сих пор стабильно переиздается раз в год, оставаясь бестселлерами компании. На тот момент когда я пишу эти строки, The Killing Joke занимает первое место на Amazon в категории graphic novels.

Несмотря на решение покинуть издательство, Мур завершил работу над V for Vendetta согласно своему контракту. Комикс завершился весной 1988 года. Возможно, последней работой Мура для DC было введение для первого номера комикса, использованное позже как введение к графическому роману. Он также согласился провести тур по Англии, рекламируя Watchmen в формате графического романа. В конце октября 1987 года он и Дейв Гиббонс в течение недели посетили Шеффилд, Глазго, Лидс, Ноттингем, Бирмингем, Лондон, Эдинбург, Ньюкасл, еще один Шеффилд и Манчестер, давая по два выступления в день. Посмотреть на каждое выступление собиралось столько народу, что непременно образовывалась длинная очередь, ведущая далеко за пределы магазина. Поскольку к DC этот тур не имел почти  никакого отношения (британские издания книг публиковали Titan), Мур с радостью давал интервью и участвовал в автограф-сессиях. Также он написал предисловие к лимитированному изданию Watchmen в 1988 году, но его издали Graphitti Designs.

shelfporn_watchmen_graphitti_01

В интервью Comics Interview Мур, завершив Watchmen и только-только дописав второй драфт Fashion Beast, был рад возможности немного отдохнуть: «Я собираюсь взять отпуск на несколько месяцев и не думать ни о чем в течение этого времени. Я буду сидеть и смотреть телевизор, быть овощем и посвящать время семье и всему такому, обычному, человеческому… В течение восьми лет я работал каждый день, включая выходные, по десять, иногда двенадцать часов в день, и у меня не было отпуска все это время. Так что эти два месяца будет чем-то поразительным». Также у Алана была возможность поразмыслить над новыми проектами. И хотя заголовок интервью извещал что «Алан Мур прощается с комиксами», в самом тексте беседы ни о чем таком речь не шла. Мур заверил: «Я думаю, что пока что буду сторониться работы над комиксами о супергероях… существует очень много других жанров…». Он упомянул романтические истории, юмористические и на военную тематику, пиратские в числе тех, над которыми хотел бы поработать. Мнение его, однако, вскоре быстро изменилось. Несколько лет спустя он скажет: «Большинство из того, о чем я сейчас пишу, является попыткой выйти за границы жанра… у комиксов до сего дня не было ничего, кроме жанра. Я думаю, что мое к нему отношение родилось из факта, что до этого времени у меня не было выбора. Я всегда обязан был работать только в одном жанре».

Fashion Beast
Fashion Beast

В сентябре 1987 года Мур посетил UKCAC в Лондоне. За два года до этого United Kingdom Comic Art Convention  посетили около пятисот человек. Теперь участие в ней Мура привлекло около пяти тысяч фанатов жанра. Конвеция проводилась спустя всего несколько недель после выхода последнего номера Watchmen, и Алан обнаружил себя в центре всеобщего внимания. Ему не давали проходу нигде, и по одной легенде, отправившись в туалет, Мур вскоре обнаружил позади себя длинную очередь из людей, желающих взять у него автограф. Он так вспоминает об этом: «Нет, это волшебно. Возможно, был всего лишь один человек, попросивший у меня автограф в  туалете…. Очереди определенно не было, это всего лишь часть развлекательной легенды». Мур все же счел всеобщее внимание обузой, вызывающей у него беспокойство и даже ночные кошмары, в которых его тянули неизвестно куда масса рук. Это была последняя конвеция, которую он посетит в ближайшие два десятилетия.

Brought by Light
Brought by Light

В октябре 1987 года Мур в третий и последний раз посетил Америку, в этот раз в компании Дебби Делано. Он провел немного времени в Нью-Йорке, но офис DC не посещал. Его целью было посещение Christic Institute в Вашингтоне, юридической фирмы, желающей разоблачить причастных к «секретной команде» ЦРУ агентов, ответственных за убийства и нелегальные операции разного толка. Фирма предложила Муру написать комикс, позволяющий читателю увидеть историю секретной команды. Мур в соавторстве с Биллом Синкевичем написал на основе этого доклада Brought by Light.

В 1988 году Мур говорил о трудностях, с которыми предстоит столкнуться комикс индустрии: «Если бы пять лет назад вы попросили меня описать мою аудиторию, я бы начал с того, что сказал, что ее возраст колеблется между тринадцатью и восемнадцатью годами. Теперь он колеблется между тринадцатью и сорока. Он намного увеличился. Если мы захотим удерживать внимание этой аудитории, мы должны быть в курсе ее интересов. Это правда, что новая аудитория иногда может насладиться комиксом, написанным в стиле романа, но диету, состоящую только из таких комиксов, она точно жаждать не будет».

В 1988 году был издан The Killing Joke —  одна из первых историй, которую Мур обсуждал с DC. Этот комикс воплощал в себе все, от чего Алан Мур теперь бежал. The Killing Joke, возможно, является квинтэссенцией «темного и взрослого» комикса. Он вобрал в себя весь реализм, насилие и мрачность Watchmen или Dark Knight, оставшись при этом лишен сатиры на жанр или деконструкционных мотивов – важнейших составляющих обоих вышеупомянутых работ. Это глянцевый, полностью коньюктруный продукт, в котором есть жуткие сцены избиения и сексуального насилия над молодой женщиной. Отца Барбары Гордон, теряющего рассудок, заставляют смотреть на фотографии, запечатлевшие страдания его дочери. Беременную женщину убивают. Комикс полностью лишен даже намека на мораль. Его нигилизм тщательно просчитан и выверен.

screen_shot_2016-07-28_at_7-50-11_pm-0

Он прекрасен.

В 1988 году большинство комиксов печатались на серой газетной бумаге, на которой цвета смешивались и теряли свою яркость. The Killing Joke был напечатан на белой бумаге, не содержал рекламы, в издании прекрасно были воспроизведены цвета. На тот момент держать в руках The Killing Joke было равносильным прикоснуться к самой идее идеального комикса, чисто платонической и эфемерной. Арт Брайана Болланда незабываем, каждая панель комикса стала культовой, а многие их них еще и пытались имитировать другие художники. Это эпизод тв-шоу Batman с Адамом Уэстом, срежиссированный Дэвидом Линчем – каждый фрагмент сюжета неоднозначен и двусмысленен, атмосфера зыбкости, нереальности происходящего витает над всем, точно жуткий призрак. Однако, даже тогда Мур уже не любил The Killing Joke, так сказав о нем: «Я думаю, что люди почти заставили себя поверить в то, что это будет следующий Watchmen и они, что очевидно, останутся разочарованными».

И тем не менее новый графический роман Алана стал невероятно успешным. Его заказывали огромными партиями, сразу же распродавали и печатали вновь. Пятая допечатка тиража случилась уже к 1990 году. Считанные критики сочли комикс разочарованием, выразив свое недовольство простым подходом Мура к сюжету. Зато фанаты единогласно провозгласили новинку современной классикой. Комикс оказал сильное влияние на последующие проекты с Бэтменом в главной роли, в особенности фильм Тима Бертона. По сей день комикс стабильно продается каждый месяц.

DC всегда публиковали отдельные линейки комиксов, героями которых не являлись супергерои. В конце восьмидесятых издательство уже осознало, что вкусовые предпочтения аудитории изменились, и активно пыталось производить новые серии в новых жанрах, издаваемые в новых форматах. Вот только аудитории они не пришлись по вкусу. Тогда как Watchmen и Dark Knight десятилетиями продавались, переиздавались в престижных форматах и доминировали на рынке, собственный импринт издательства, DC’s Piranha Press, нацеленный на публикацию взрослых комиксов, просуществовал всего семь лет, оставив после себя эклектичные произведения, вроде Epicurus the Sage, Gregory или Elvis Mandible, ныне забытые. Его наследник, Paradox Press, издал отличные криминальные драмы Road to Perdition и A History of Violence, но и эти комиксы публика игнорировала, пусть их и адаптировали в отличные фильмы далеко не последние режиссеры. Как заметил один комментатор: «Задумывавшийся как последнее слово в жанре супергероев, Watchmen, тем не менее, вдохнул в него новую жизнь». Теперь публику интересовали только уже существующие герои, написанные «в стиле Watchmen», а не вещи, производимые импринтами, жалкие пародии и неумелые подражания.

alan_moore_part04_voice_of_fireТеперь Мур был разочарован комикс индустрией, или по крайней мере двумя крупнейшими издателями, DC и  Marvel. Узнав о славе Алана, прочитав статьи о новом передовом формате комиксов, графических романах, и их потенциале, Муром начали интересоваться крупные книжные издатели. Penguin и Gollancz  предложили Муру написать прозовый роман. Редактор Gollanz Фэйт Брукер связалась с Аланом, а он сообщил, что работает над романом под рабочим названием Memory of Fire. Спустя несколько лет дописанный роман Мура выйдет под названием Voice of Fire в 1996 году и будет позитивно воспринят уже не комиксными, а литературными критиками. Также оба издательства предложили свою помощь в публикации коротких стрипов Мура: в 1991 году Penguin выпустило сборник The Bowling Machine, изначально созданный для антологии RAW, а Gollancz издало графический роман A Small Killing. Изначальный план Мура был прост: «Что касается меня, я предпочту работать с книжными издательствами и считаться настоящим автором, так что моим желанием будет писать графические романы для издателей книг, который поступят в книжные магазины. Я буду владеть правами на свои творения, а издательства будут владеть правами на их печать. Это мне кажется более разумным и цивилизованным. Так что вот моя стратегия: (делать) комиксы для издателей книг, а не комиксы для издателей комиксов». Намерения Мура утвердились, когда он чуть больше узнал об издательском процессе больших книжных паблишеров.

A Small Killing
A Small Killing

Однако, Мур был удивлен, узнав, что даже находясь в трудном финансовом положении, многие романисты предпочитают отказываться от сотрудничества с издателями комиксов. Алан открыто говорил о том, что его любимый жанр предоставляет столько же средств для самовыражения, сколько и литература, не говоря уже о материальной стороне вопроса. Однако поварившись в издательской среде несколько лет, Мур уже заявлял противоположное, понимая, отчего литераторы не спешат заключать контракты с DC или Marvel: «Я был обязан работать в тех условиях годами – потому что существуют условия, довлеющие над тобой, и ты должен смириться с ними, если хочешь добиться чего-нибудь в индустрии. Сейчас я прорвался в настоящий издательский мир, и сейчас могу отчетливо видеть, в чем плавал прошлые пять-шесть лет».

Мур был готов дальше эволюционировать как автор, и был финансово защищен. В интервью он говорил, что «я не богат, но мой банковский баланс здоров как никогда». Он мог позволить себе отказаться от работы, не интересующей его, как то возможность писать сценарии для сиквела Robocop или история для журнала Doctor Who, празднующего юбилей шоу.

alan_moore_part07_small_killing_1 alan_moore_part07_small_killing_5

Первая крупная работа Алан Мура после Watchmen не была связана с комиксами. В 1988 году британским правительством была одобрена Поправка 28 к местному биллю о самоуправлении, касающаяся «семейных ценностей». По словам представителя консервативной партии Джилл Найт «рассказывать детям пяти или шести лет о гомосексуализме или поощрять их участвовать в гомосексуальных актах мерзко…. Злоумышленно говорить с юными девочками, чей разум еще не сформировался, о гомосексуализме и о том, что это нормально». Тогдашние взгляды британских политиков не сильно отличались от взглядов современных депутатов в России, но время показало, что политкорректность работает и является движущей силой на пути прогресса. Что все люди обязаны иметь равные права и иметь возможность выражать свои взгляды, не боясь быть наказанными. Что законы, направленные на отмену пропаганды гомосексуализма, чаще всего не имеют отношения к самой проблеме, являясь однобокими, глупыми, юридически несостоятельными, фанатичными и глубоко в сути своей бессмысленными актами. Мур рассматривал эту поправку не как нечто абстрактное, а как прямое посягательство на образ его жизни:

В то время… был я, моя жена и наша подруга, и мы жили вместе, не особо скрываясь, сожительствуя в другого рода отношениях. Это продолжалось два или три года. В то время мы, что очевидно, были ближе к геям и лесбиянкам, и мы считали утверждение этой поправки тревожным таким звоночком, потому что до этого момента не существовало законов, направленных против конкретных подгрупп людей. Это были нацистские законы, что подтверждалось брызжущими энтузиазмом председателями консервативной партии, говорящих о травлении газом гомосексуалистов как об ультимативном решении проблемы… так что мы решили мобилизовать столько известных моих друзей, сколько я смогу привлечь, и создать книгу, продажи от которой пойдут в счет организации, отстаивающей права геев и лесбиянок.

Aargh!
Aargh!

Задумав написать нечто, Алан Мур всячески посвящает себя поискам рефренс-материалов на интересующую его тему. В случае со столь деликатной темой как гомосексуализм, ему хотелось выразить свою поддержку в пользу движения за права человека, в пользу однополых отношений, избежав при этом сопряженных трудностей с терминологией и тоном повествования. У Мура, не являющегося гомосексуалистом, возможностей узнать о гей-движении не было, но он посетил библиотеку Нортхэмптона, в тщетных попытках отыскать книгу на тему «истории гомосексуализма». К его превеликому удивлению такой книги не существовало. В принципе, не существовало более действенного способа задавить Мура интересоваться чем-угодно, чем оградить его от информации. Мур в итоге очень много времени потратил на изучение темы, не желая выглядеть в глазах своих читателей человеком, не разбирающимся в предмете, который он описывал. В 2003 году Алан Мур читал лекцию в одном из университетов Англии, где подробно и очень увлекательно рассказал о том периоде своей жизни.

The Mirror of Love
The Mirror of Love

Ответом Мура на Поправку 28 была антология комиксов Artists Against Rampant Government Homophobia! или AARGH! Помочь Муру вызвались крупнейшие авторы: Френк Миллер, Роберт Крамб, Дэвид Ллойд, Нил Гейман, Кевин О’Нил, Гарри Литч, Брайан Болланд, Дэйв МакКин, Билл Синкевич, Оскар Зарате, Харви Пекар, Брайан Телбот, Дэйв Сим, Дэйв Гиббонс и Арт Шпигельман. Сам Мур написал для семидесятишестистраничного комикса поэму The Mirror of Love, проиллюстрированную Стивом Биссеттом и Риком Витчем. Опубликовало антологию издательство Mad Love, состоящее Алана Мура, Филлис Мур и Дэбби Делано. Работа над антологией (Мур также числился редактором и издателем комикса) стала для сценариста введением в мир независимого издательства комиксов. По странному стечению обстоятельств, AARGH! был опубликован Titan в тот же месяц, что вышел The Killig Joke. Все доходы от продажи комикса – около 17000 фунтов — Мур перевел на счет OLGA (the Organisation of Lesbian and Gay Action), наиболее противоборствующей принятию поправки 28 группе.

У Алана вызвало отвращение принятие поправки. 24 мая 1988 года она вступила в силу, и, пусть подтвержденных доказательств обвинения согласно ей в пропаганде гомосексуализма не было, многие школы отказались от преподавания уроков, так или иначе затрагивающих табуированную тему.

The Mirror of Love
The Mirror of Love

AARGH! И Brought to Light обозначили отход Мура от традиционных средств написания сценариев и общих методов работы. Ему нравилось искать рефренс-материалы для этих комиксов: «Утром я читаю о содомии и ереси в современной Щвейцарии, а днем узнаю о методах контрабанды кокаина в Таиланде в семидесятые годы… Я наслаждаюсь подготовкой этих материалов». Мур всегда много читал и был коллекционером книг, но о своих методах сбора информации он скорее шутил. Он признался, что помогать описывать болота Луизианы ему помогали статьи в выпусках New Scientist. Алан тогда читал статью, почти ничего не понимая из написанного, а потом на основе полученных знаний писал (весьма достоверные, скажу вам) сценарии Swamp Thing, импровизируя на ходу. Работая над ежемесячными или выходящими еженедельно комиксами у него просто не было времени для тщательного изучения интересующих его тем. Новый же метод сбора информации стал основой для всех последующих крупных работ Мура. Отныне он, говоря в интервью о своих комиксах, часто отвлекался, рассуждая на иные темы, вроде философии, истории, литературы, науки – предметов, которые раньше им не упоминались.

Новый метод работы был непригоден для создания супергероики. Да и сам Алан понимал, что его время писать о людях в спандексе ушло. Как он сам заявил: «если теперь я хочу рассказать о проблемах окружающей среды, я явно не буду использовать в сюжете монстра из болота». Изменились взгляды Мура, изменился мир вокруг него. Мур настолько продвинулся в своем желании создавать комиксы, не относящиеся к супергероическому жанру, что это привело к написанию новой концовки V for Vendetta, тогда еще бывшего в процессе написания. Алана перестал устраивать протагонист, обладающий сверхспособностями, и вместо оригинального финала, в котором V организует анархистскую утопию, он убил героя, а Иви заставил бороться с фашистским режимом. Marvelman, все еще продолжающий публиковаться, также претерпел изменения. Теперь реалистичный подход к написанию супергероики считался стандартом, поэтому Алан довольно быстро написал Olympus, оканчивающийся воздвижением ой утопии, что не удалось создать V.

The Mirror of Love
The Mirror of Love

Мур не стремился сделать каждый свой комикс политизированным, все дело было в другом. «Я гораздо более заинтересован в исследовании нашего мира, а не создании инопланетного». Алана увлекли герои, не обладающие суперспособносями. Обычные люди с их обычными драмами теперь казались ему преисполненными интереснейшими историями сосудами, микрокосмами драм, порождающийся в результате просто разговора между двумя людьми. Лучше всего такой подход Мура к созданию сюжета виден в финале Watchmen, когда мы своими глазами видим всех второстепенных героев – обычных жителей Нью-Йорка, за чьими жизнями мы наблюдали одиннадцать выпусков комикса – лежащих мертвыми вповалку на улицах мегаполиса.

В голове Алана начала рождаться новая история, героями которой стали обычные люди, передвинутые с бэкргаунда сюжета на первый план. Этот комикс сам Мур считал «продолжением Watchmen», и он изначально назывался The Mandelbrot Set. Впервые Мур анонсировал его написание в интервью, данном в мае 1988 года. Предположительно комикс должен был длиться двенадцать выпусков, а художником его должен стать Билл Синкевич, знакомый фанатам комиксов по работе над спин-оффом Х-Men, и Elektra: Assassin. В новой серии должны были фигурировать «торговые магазины, математика, история, скейтборды… вся книга будет посвящена столь увлекательному действу, как возведение и строительство магазина». На тот момент у Мура имелся написанный им синопсис комикса длинной в 21 страницу, а в конце августа он нарисовал знаменитую панельную сетку для каждого номера размером с постер.

bn02

Мур процессом самостоятельного издательства комиксов откровенно наслаждался. Ему нравилось, что AARGH! служил серьезной цели и был охарактеризован прессой не просто как очередной комикс, а как идея. Некоторые комикс-профессионалы, вроде того же Дейва Сима, годами исповедовали принципы самиздата, стараясь продемонстрировать преимущества такого подхода – полный контроль над выпускаемым материалом. Теперь же Мур и его семья оказались владельцами своего маленького «свечного заводика» — независимого издательства Mad Love, эффективного и успешного.

Еще до релиза AARGH! было объявлено, что The Mandelbrot Set будет издан силами Mad Love. Алан вложил в издательство часть заработка с Watchmen, а Дебби и Филлис стали ответственные за маркетинг комиксов, юридические и деловые аспекты производства. Мур же держал под контролем все, что касалось его работ. На практике это означало длительный срок планирования и подготовки работ, поскольку даже мелочи вроде физических габаритов книги или метода ее сшивания тщательно взвешивались и оценивались Муром. Вскоре Алан уже говорил о The Mandelbrot Set как о своем магнум-опус, заверяя, что полный контроль над книгой даст ему возможность произвести на свет совершенно иной, более личный, более качественный комикс.

bn08

А потом, где-то в районе 1989 года, брак Мура распался. Отношения Алана, Филлис и Дебби были экспериментальными и часто очень эмоциональными. Женщины покинули Мура, переехали в Ливерпуль, забрав с собой Ли и Амбер. Дом был продан, а Мур купил для себя новую резиденцию в ста пятидесяти метрах от прежней. Пятнадцать лет спустя он признался, что «это определенно не был лучший период в моей короткой жизни». Мур занялся переделкой нового дома, желая, чтобы тот напоминал ему о старом жилище. Друзья и родственники вскоре заявили, что он забил дом своим скарбом, но в течение многих последующих лет он так и оставался местом жительства для Алана.

Издательство, впрочем, продолжало существовать. Дебби и Филлис рассылали пресс-релизы и отвечали на письма. The Mandelbrot Set был переименован в Big Numbers, и первые два выпуска комикса были изданы в апреле и августе 1990 года. После производство комикса прекратилось по причинам, не имевшим отношение к личной жизни Мура. Мур считал издательство своей площадкой для публикации последующих, более амбициозных работ, но пока компания издала только AARGH! И одну шестую Big Numbers. Двадцать лет спустя Мур опубликует в нем свой журнал Dodgem Logic, а до этого времени издательство по сути существовало только на бумаге.

Остаток 1988 и весь 1989 год Мур провел за созданием новых комиксов, обкаткой идей, не имеющих отношения к его прошлым работам. Он отказался от возрождения Dodgem Logic, предложенного Fantagraphics, не захотел возродить Nightjar по просьбе Брайана Тэлбота.

2953673-03

Вместо этого он рассчитывал, что Тэлбот станет художником его следующего проекта: почти документального комикса об убийстве и его дальнейшем расследовании. В 1988 году прошло сто лет с тех пор, как Лондон сотрясли убийства Джека Потрошителя. После непродолжительного размышления, Мур все же счел, что его эта тема интересует, назвав свой новый проект From Hell. В качестве альтернативы Тэлботу рассматривалась кандидатура Джона Тотлбена. Однако, когда From Hell обрел место публикации – антологию Taboo, являющуюся самым неуютным комиксом в мире – Мур остановил свой выбор на Эдди Кэмпбелле. Художник, будучи известен своими автобиографическими работами, считал, что лучше подходит на роль соавтора Big Numbers, но Мур и Биссетт убедили его в обратном. Сценарий пролога и первой части Кэмпбелл получил в декабре 1988 года.

Мур также был заинтересован в создании эротического комикса, «возможно о Питере Пэне». В 1989 году он поучаствовал в производстве эротической антологии, написав для нее восьмистраничный стрип, названный Lost Horizons of Shangri-La. Издатель также предложил сотрудничество американской художнице Мелинде Гебби, живущей в Лондоне. Мур знал о творчестве Гебби и даже упоминал ее в статье за 1983 год. Гебби принадлежала идея сделать героинями стрипа трех женщин. Общий друг авторов, Нил Гейман, дал Гебби телефон Алана и предложил им сотрудничать.

Гебби была активным независимым художником. Она активно копировала изображения из Archie Comics, следила за комиксом редактора MAD, Харви Курцмана Little Annie Fannie, и стала участником подпольного комикс-движения в Сан-Франциско. Мур заметил, что «она с юмором реагировала на достаточно безобидное женоненавистничество, встречающееся в работах Крамба и Клея Уилсона». Помимо критики работы Уилсона, Гебби даже какое-то время встречалась с ним. Мелинда вскоре переехала в Лондон, работая аниматором.

Мур и Гебби уже встречались на конвенциях, а также за обедом несколькими годами ранее, обсуждая идеи для стрипа Strip AIDS. Объединив вместе две смутные идеи, пара вскоре придумала историю для последующего комикса. Мур вспоминает, что после замены Питера Пэна на Венди и добавления к нему двух других героинь, Алисы и Дороти, сюжет нового комикса вырисовывался с невероятной скоростью. В течение недели или двух Мур уже имел представление о всей серии, зная «что  речь идет не о восьмистраничном стрипе в антологии».

alan_moore_part07_lost_girls_1

Брак Мура распался год назад. Гебби провела несколько выходных в доме Алана. Когда Lost Girls уже был запущен в производство, она переехала в Нортхэмптон, но парой было решено, что вместе съезжаться пока было рано. Как и From Hell, Lost Girl публиковались в антологии Taboo.  Ориджины обоих комиксов намекали на то, что их идеи были придуманы Муром в тот период, когда он считал, что «нужно работать вне жанров». Оба комикса сочетают в себе по два жанра: From Hell является криминальным комиксом, приправленным хоррором; Lost Girls, будучи эротикой, играют на поле детской литературы.

alan_moore_part07_lost_girls_2 alan_moore_part07_lost_girls_6

Первой же относящейся к комиксам работой Мура стал A Small Killing. Комикс был создан в соавторстве с Оскаром Зарате, уроженцем Аргентины, проживающем в Лондоне. Оскар пожелал поработать с Муром и отправил тому фото маленького мальчика, следующего за взрослым мужчиной. Этот образ напомнил Алану о сне, в котором взрослого мужчину преследовала более молодая версия его самого. Комикс пообещали издать Gollancz, а уже в сентябре 1991 года он лег на прилавки. Мур считал его одной из своих лучших работ.

Как и в Big Numbers, в A Small Killing встречается множество автобиографических мотивов. Так, например, эпизод из комикса, в котором герой зарывает в землю банку с насекомыми, произошел с самим Муром в детстве. Здесь также присутствует сценарий, в которой герой, находясь под воздействием LSD, идет домой к родителям.

alan_moore_part07_small_killing

Комикс остается наименее известной работой Мура, но даже в этом случае стоит понять, что «наименее известной» в случае с работой Алана не означает непопулярной. Мур выиграл премию Айснера за A Small Killing, и комикс до сих пор остается в печати.

Мур считает работу из этого периода своей жизни – From Hell, Lost Girls, Big Numbers, A Small Killing, The mirror of Love, Act of Faith, Voice of Fire – «одним большим личным циклом». Цикл этот заключал в себе удивительные годы: Мур прошел путь от «золотого мальчика» до изгоя, от семьянина, живущего с четырьмя женщинами под одной крышей до холостяка-одиночки.

Не переставая работать над комиксами, Мур обнаружил, что его перестал устраивать собственный подход к ремеслу. Когда казалось, что Алан Мур уже никого не может удивить, в жизни самого сценариста началась фаза, удивившая не только его друзей, фанатов или врагов, а его самого.

  • Спасибо за продолжение цикла!

    Пожалуйста, уделяйте больше времени корректуре текста.

  • Ivan Sergeev

    Уффф! Круто!

  • Denis Starostin

    Жду нечто подобное про Нила Геймана.

  • noesc

    Вот это полотно

  • maisei

    Думаю, пришла пора какому-нибудь издательству выпустить AARGH! и The Mirror of Love у нас. Время как нельзя подходящее.