Последний наш материал с «Большого фестиваля», на котором Дмитрий Солодский поймал Ивана Ешукова и узнал, почему комикс про Боровицкого было решено выпускать самиздатом, и какими западными художниками вдохновлялся автор.

 

— Вы помните, как именно увлеклись комиксами и когда начали рисовать?

Комиксы в моей жизни появились примерно лет 30 назад. Первые комиксы я увидел в ГДРовском журнале «Фрёзи» про пионеров.  Это был такой 48-страничный журнал, страниц 5-6 которого были посвящены комиксам. Я специально ездил за ним на железнодорожный вокзал раз в месяц, где киоскерша откладывала один экземпляр специально для меня. Причем в магазинах эти журналы так просто не продавались.

Потом еще появились польские комиксы «Лёлик и Болек». А я, будучи маленьким, начал с мамой ездить в Омске на толкучку — и покупал там уже польские комиксы про ковбоев, идейцев… Не американские, а именно польские

interview_eshukov_featured

Ну и тогда же рисовал всякие мультяшные вещи. Начал лет в семь, правда, это не были комиксы. Вообще моя любовь к комиксам произошла из мультипликации: у меня детстве было очень мало мультиков, и если ты что-то видел — это запоминалось и хотелось воспроизводить самому.

Хорошо помню, кстати, как меня поразила фэнтези-серия Thorgal Гжегоржа Росинского и Ван Хамма. Мне попался шестой номер — «Упадок Брек Зарита», и я когда его увидел… Рисунок там просто гениальный. И вот тогда-то увиденное послужило мне не то чтобы отправной точкой — но толкнуло меня вперед. И я начал делать свою серию «Фаэрон».

— Кем из художников вы по большей части вдохновлялись?

В детстве?

— И в детстве, и сейчас.

Сейчас у меня нет настольных вещей, которые бы я брал как аналог. Но в своё время тот же Гжегорж Росинский, великий Мёбиус…

interview_eshukov_05

— Да, влияние Мёбиуса у вас очень заметно. Особенно когда открываешь первый выпуск «Боровицкого».

Мой друг-француз, художник, Тер Шевалье мне тоже об этом сказал, но уточнил— мол, влияние Мебиуса чувствуется, но у тебя все равно по-своему, через призму своего восприятия.

— Почему в «Боровицком» рассматривается конкретный исторический период? Ведь в целом, он мог бы происходить в любое время.

1918-1919 гг — то недолгое время, когда Омск был столицей белой России. Очень интересный период в истории родного города. По нему нет точной исчерпывающей информации, некоторые данные разнятся, и поэтому для меня это самая благодатная почва для слияния правды и вымысла.

interview_eshukov_01 interview_eshukov_02

— А почему вы решили заняться самиздатом?

Я хотел делать этот комикс именно самиздатом. Чтобы история о моём родном городе издавалась в моём родном городе. Для посторонней публики, которые не омичи, разницы особой нет, а мне важна привязка к определенной местности. Зная некоторые исторические события и даты, я использовал эти данные для создания вымышленного персонажа. Например, агентов контрразведки было 35, а он у меня 36-й. Если ты из другого города — ты будешь просто следить за самой историей, но для омича «Боровицкий» гораздо интереснее. Он кайфанёт ещё от того, что изображены его родные улицы. Есть и шутки, которые только омичи поймут.

— Читаете ли вы сейчас комиксы других авторов? Отечественных, современных?

Последнее, что читал —  «Лес» Аскольда Акишина. Обалденная штука.

— Соглашусь.

По этому поводу ребятишки в своих обзорах зубы хоть и скалят, надо иметь в виду: в девяностые годы людей в российской индустрии, кроме Акишина и компании, не было. Они — родоначальники отечественного комикса. А весь этот Дэдпул, на котором дети воспитаны — это же как жвачка. Ты ее жуешь, пока она сладкая. Затем ты её выплюнешь, подрастёшь, и у тебя другие будут стереотипы. А он же на вечных темах играет. У Аскольда маятник в нужном направлении раскачивается.

interview_eshukov_03

— Ранее вы упомянули, что «Боровицкий» как самиздат изначально планировался. Но думали ли вы над…

Большой книгой?

— Над работой с издательством. Ну и да — выпуском истории в виде одной книги?

Планирую, но не я, а моя помощница, Маша Евдокимова. Несколько месяцев назад она была во Франкфурте, и привезла определённые договорённости с некоторыми зарубежными издателями. Мне было бы не то что приятнее, а надёжнее, если бы Боровицкий появился сначала там. А потом, может я и издал бы его и здесь в твёрдом переплёте.

— Осталось уже два выпуска до конца. Планируете ли дальше развивать? Какие будущие проекты сейчас есть?

Следующая книга — «Комната Б». В первой, «Дом с драконами», 8 выпусков, а осталось 2. Ещё один выйдет ближе к августу, и где-то в октябре будет восьмой. А «Комната Б» будет состоять из шести выпусков и начнётся более динамично. Первая книга — знакомство. Я ввожу людей в атмосферу Омска. Кому-то может показаться скучно, кому-то интересно. Но я это делаю специально, с расчетом на то, что не съезжаю с темы. Всё будет продолжаться. Я запланировал 5 книг, но когда я их нарисую и с каким интервалом —  пока говорить не буду. Но сюжет есть на 5 книг.

interview_eshukov_06

— Вы обмолвились о предыдущих работах. Можете рассказать подробнее? Будут ли они издаваться или нет? Или они были только в стол? 

Некоторые вещи я могу отдать нашим российским издателям. Только тем, чья политика и подача материала совпадает с моим восприятием комикса. Мне очень нравится, что издают «Бумкнига» и Zangavar — артхаус, авторские вещи, классика. Без прогиба и зарабатывания денег на мейнстриме. Они тоже иностранщину перепечатывают, но ты посмотри, как это кайфово! У ребят есть вкус! Благодаря Диме Яковлеву до российского читателя доходят такие вещи, о которых большинство и не слышало, или не рискнут издавать другие издатели. Он, как Дон Кихот, лезет на мельницу, обуреваем благородной идеей.

  • «Дэдпул», конечно, жвачка, но и здесь он прямо в заголовке статьи 😉